Книга Заберу твою боль, страница 73 – Лина Коваль

У меня не так много времени перед началом репетиции, чтобы размышлять над всем этим, поэтому я быстро поднимаюсь с раскуроченной за ночь постели, наскоро принимаю душ и надеваю короткую толстовку и джинсы.

Ренат появляется на завтраке, и он тоже в джинсах, которые невероятно ему идут. Как и черная рубашка, тесно облегающая плечи и заправленная под ремень.

Зацепив меня серьезным, внимательным взглядом, Аскеров молча кивает.

Я точно так же — предельно вежливо отвечаю и игнорирую многозначительный, ироничный взгляд Искры. Ее вчерашние, гневные, предостерегающие меня от необдуманных поступков сообщения так и остались без ответа.

Если бы я их прочитала, ничего бы не изменилось.

Я хотела Рената.

Осознанно желала секса с ним.

Получила.

… Еще хочу.

После завтрака мы с командой выезжаем на площадку, где начинается самая настоящая работа. Музыканты разгружают машину с оборудованием, костюмеры вооружаются отпаривателями, а мы с танцорами снова и снова прогоняем концертную программу, затачивая ее под размеры конкретной сцены.

Последние несколько раз я выступала в болезненном состоянии, на пике простуды — приходилось петь под «плюс», поэтому даже соскучилась по своим песням, любимому микрофону и приятному жжению в груди, с которым разогреваются голосовые связки.

Начало назначено на семь.

Оставшуюся часть времени провожу в гримерке.

— Вы сегодня какая-то необычная, Эмилия, — осторожно говорит Оксана, мой визажист.

— Какая? — спрашиваю с интересом.

Смотрю в зеркало, но ничего необычного не замечаю. Разве что глаза блестят ярче, чем еще вчера, а к губам словно приклеилась глуповатая улыбка. Или только я ее замечаю?

Оксана опускает голову набок и профессионально распределяет мои волосы по прямому пробору.

— Сегодня вы нежная, даже трогательная…

— Ты придумываешь, — вежливо отвечаю, замечая, что в гримерку заходит Ренат. — Сегодня я такая же, как вчера, — даже мой голос меняется.

— Может быть, — Оксана легко соглашается и продолжает работать с волосами.

Я нервничаю, потому что у нас появился молчаливый зритель.

Аскеров опускается на кожаный диван и, уперев локти в разведенные широко колени, сцепляет ладони. Смотрит на меня задумчиво.

Я еле высиживаю до тех пор, пока упругие локоны на моей голове не становятся идеально похожими друг на друга.

— Все в порядке?

— Да.

— Тогда я пойду, — смущенно говорит Оксана, видимо, чувствуя общее напряжение.

— Спасибо, — разворачиваюсь вместе с креслом и запахиваю поплотнее полы длинного шелкового халата. — Что-то случилось?.. — спрашиваю у Рената.

Он неопределенно пожимает плечами.

— Иди ко мне, — зовет, вытягивая ладонь.

Я не выдерживаю, потому что это выше моих сил. Сунув ноги в удобные тапки, поднимаюсь и иду к нему.

Усаживаюсь сверху.

Сильные, теплые руки тут же оказываются под светлым шелком и оглаживают мои бедра. Это я тоже позволяю, потому что хочется.

Тянусь за поцелуем и в малейших деталях вспоминаю вчерашнюю ночь. Жар и тяжесть мужественного тела, сильные руки, курсирующие по моей коже, прерывистое дыхание, стоны, разрушающие тишину.

Это было одновременно горячо и очень нежно.

— Выспалась? — темные глаза неотступно следят за моими губами.

— Очень…

— Молодец. Готова к концерту?

— Скорее да, чем нет.

— Надерешь зад Стингу? — подмигивает.