Книга Заберу твою боль, страница 1 – Лина Коваль

Все персонажи являются вымышленными,

любое совпадение с реальными людьми случайно

— Ты что-нибудь слышала про «Теорию последней встречи»? — спрашивает Искра, пока я жду отмашку от техника по свету.

— Нет, — отвечаю несколько раздраженно: не привыкла отвлекаться от дела.

На репетиции совсем немного людей, кто-то, как всегда, опаздывает, что уже страшно нервирует. Возможно, из-за яркой модельной внешности некоторые считают меня очередной поверхностной певичкой, но в работе я жуткая зануда и страшный абьюзер.

Все должно быть безупречно — ни в коем случае не меньше.

Искра, не дождавшись от меня энтузиазма, сама продолжает разговор:

— Это сейчас обсуждают все тиктокеры, Эмилия. Согласно «Теории последней встречи», в любых отношениях наступает момент, когда люди встречаются в последний раз и расстаются навсегда. Говорят, так Вселенная показывает, что ваш кармический путь с партнером завершен и вы оба усвоили жизненные уроки, которые должны были извлечь из…

— Так… — останавливаю этот поток информации с легкой улыбкой. — Давай к делу. Что ты хочешь этим сказать?

Худое лицо моей лучшей подруги и по совместительству концертного директора возмущенно вытягивается, а светлые, почти белые волосы теперь еще сильнее оттеняют покрасневшую кожу.

— А я хочу сказать, что если для кого-то существует «Теория последней встречи», кстати, научно недоказанная, то у тебя, Эмилия Литвинова, развился «Синдром первого мужчины».

— С чего ты так решила? — моя улыбка сходит с губ, а внутренности что-то больно скручивает.

— После твоего Рената ты вообще не воспринимаешь мужчин серьезно. Ни одного!..

Световик наконец-то дает отмашку, и я иду вглубь пустого киноконцертного зала, чтобы посмотреть общую картинку с разных ракурсов.

Искра неустанно следует за мной и останавливается в проходе.

— Нет, ты со мной поговоришь, — настаивает. — Почему ты не хочешь выйти замуж за Глеба? Почему не воспринимаешь его всерьез? Он прекрасный молодой человек, симпатичный, из известной семьи. Все из-за твоего бывшего — Аскерова!

Я проглатываю эмоции, чтобы, не дай бог не показать их. Привыкла к тому, что эта фамилия то и дело мелькает. Единственный человек, который за шесть лет ее не произнес — мой отец. Ему я страшно благодарна!

— И что ты скажешь в свое оправдание?..

— Странно слышать эту беспочвенную претензию, — опускаю взгляд, потираю крохотную татуировку на запястье, а затем касаюсь огромного булыжника-бриллианта. — Особенно с учетом того, что я уже полтора года встречаюсь с Озеровым и даже приняла от него кольцо.

— Рада, что ты тоже видишь в этом какую-то странность. Значит, ты не совсем потеряна для общества!

Включив микрофон, сухо командую:

— Валер, давай добавим заднее освещение, иначе я буду сливаться с этими декорациями, а старые костюмы придется подгонять.

— Скажу бабушке, чтобы приготовила тебе три кастрюли супа с клецками и гору чебуреков. Это дешевле, чем ушивать весь гардероб, — фыркает Искра.

Я чувствую легкое головокружение при упоминании о еде, но улыбаюсь, понимая цель подруги. Она просто хочет обо мне позаботиться, иногда перегибая, как мамочка, которая слишком опекает свое дитя.

— И хватит там болтать, — шиплю в микрофон, отвлекая кучку танцоров на сцене. — Начните уже работать! Не знаю, как вы, а я очень волнуюсь перед завтрашним днем, и если что-то пойдет не так, то штрафные санкции из ваших контрактов начнут работать.