Книга Заберу твою боль, страница 7 – Лина Коваль

Сейчас нам по двадцать пять. У нас одинаковые цели и мечты: каждый хочет заниматься любимым делом, а еще пожениться и в обозримом будущем завести детей. Мы хотим двоих. Неважно, будут это мальчики или девочки. Главное, чтобы были здоровые.

— Ну наконец-то, — ворчит Глеб, вытягивая меня из автомобиля за руку.

Я осматриваю белую рубашку с закатанными до локтей рукавами и недовольное лицо, которое тут же смягчается. Никогда бы не подумала, что мне может понравиться рациональный юрист-блондин со светло-серыми умными глазами.

— Мама сильно на меня ругается? — изображаю крайнюю степень сожаления.

— Расслабься. Моя мама никогда не ругается… Она интеллигентная женщина.

— Моя идеальная свекровь, — улыбаюсь и, обхватив коротко стриженный затылок, прижимаюсь губами к подбородку будущего мужа.

— Что-то ты задержалась… — его ладонь гуляет вдоль моего позвоночника.

Неловко отстраняюсь.

— Потом расскажу, — морщусь, вспоминая произошедшее на Лубянке. — Мне наконец-то доставили вино, которое я заказывала для Анны Константиновны. Забери, пожалуйста, коробку из багажника.

Глеб исполняет мою просьбу, и мы, взявшись за руки, идем к большому светлому дому.

— Ты какая-то странно притихшая. Как себя чувствуешь? — жених внимательно осматривает мое лицо.

— Устала немного…

— Долго стояли в пробке?

— Да, — киваю. — И перед концертом волнуюсь.

— Все будет отлично. Сама знаешь...

— Надеюсь…

— В обратном случае тебя ждет карьера супруги… хм… старшего юриста «МосЭнерго Концерна», — произносит он как бы невзначай.

— Да ладно! — перед входом я резко останавливаюсь и счастливо смеюсь. — И ты молчал?

— Ты была занята концертом, а мое назначение так долго пылилось без подписи в кабинете у главного, что я ни в чем не был уверен. — Он открывает дверь.

— И все это время переживал один?.. — Я хватаю Глеба за руку.

— Я особо не переживал. Молчанов обещал. И мне, и отцу. Поэтому волноваться не было нужды, а ты бы точно себя накручивала.

— Конечно. Я ведь знаю, как это для тебя важно!

Войдя в светлую столовую, вежливо здороваюсь со старшими Озеровыми. Они классический образец семьи высокопоставленного госчиновника. Супруг — высокий седоватый блондин с умным лицом и в деловом костюме по цене самолета, супруга под стать — стройная ухоженная женщина в элегантных нарядах, тоже светленькая, всегда спокойная, без вычурности и со строгими взглядами на жизнь.

Глеб выдвигает стул и помогает мне разместиться, а затем собирается сесть слева, но я, пряча клатч за спину, останавливаю:

— Анна Константиновна, у меня есть небольшой вклад в вашу винную коллекцию. Глеб, покажи, пожалуйста, маме, — смущенно прошу.

— Эмилия, ты ведь знаешь, как мне всегда неловко принимать подарки?

— Это от всей души. — Наблюдаю, как сын презентует матери набор в строгой деревянной коробке, который включает пять изысканных и титулованных красных вин.

— «Шато Мутон-Ротшильд»? — восхищенно произносит Анна Константиновна и смотрит на меня. — Эмилия, это же безумные деньги!.. Не стоило!

— Я подумала, что все это время ничего особенного вам не дарила, а когда увидела у одного раскрученного европейского сомелье этот набор, решила исправить свою оплошность. Все представленные здесь вина получали сто баллов от известных винных критиков не менее трех раз, а в мире таких комплектов не более трехсот, — заканчиваю презентацию.