Книга Сломанная любовь, страница 109 – Евсения Медведева

— Ляль, ты воспитала шикарного пацана. За меня все сделала, поэтому просто расслабься и сама доверься?

— Хорошо…

Глава 32.

Потолок вибрировал от быстрого бега Мишки по второму этажу. Мой дом ожил. Все стало звенеть, ломаться и разбиваться вдребезги. Олька только и ходила с веником, собирая какую-то декоративную хрень, расставленную Сенькой ещё при обустройстве квартиры. Она лишь вздыхала, но не ругала пацана, с горечью собирая осколки фарфора с пола. Я не выдержал и уже на следующее утро встретил курьера с пылесосом, которого почему-то в моём доме не оказалось, а потом сгреб всю ерунду в коробку и загрузил в машину, чтобы отвезти в офис.

Так квартира приняла по-настоящему жилой вид: на каминной полке вместо свечей в винтажных подсвечниках своё место нашёл деревянный паровозик, который мы с Мишкой два вечера собирали перед сном, вместо хрустальных напольных ваз корзины с игрушками, а светлый ковёр уже трижды был в химчистке, после чего я обнаружил его в нашей с Лялей спальне.

Слово я свое сдержал, и теперь на двери ванной комнаты висит чёрная табличка «переговорная». Оказалось, спорить, а потом договариваться в горячей пенной воде очень эффективно. Ляля первую ночь не спала, притворялась, прислушивалась к любому шороху, готовая в любой момент прятаться, чтобы Мишка не увидел, но в итоге сдалась.

И я ощутил кайф на полную катушку. Просыпался в её объятиях, засыпал под её дыхание, в общем – все, о чем можно было только мечтать. Ещё бы это «дядь Мирон» растворилось…

— Все готовы? — я взял портпледы с нашими вечерними нарядами, Олькину сумку и постучал по металлическим балясинам лестницы. — Ау!

— Готовы! — Мишка сбежал первым, а следом шла Ляля, застёгивая длинные серёжки. — Дядь Мирон, а почему люди женятся? Зачем дядя Саша женится на нашей Кате?

— Миша, — Оля прищурилась и ткнула в меня пальцем, делегируя ответственность за ответ на этот неудобный вопрос мне. За последние два дня она проделывала этот трюк множество раз, оставаясь в стороне и хихикая над моими попытками ответить на не всегда удобные вопросы сына. — Спроси у Мирона.

— Мишаня, — я не удержался и закатил глаза под внимательным взглядом парня. — Мужчины и женщины женятся, когда не могу жить друг без друга.

— Ну вот, я больше жить не могу без приставки, — Мишка надевал обувь, повторяя мои движения обувной ложкой. — Мне же не нужно на ней жениться?

— Нет, не нужно, слава Богу… — поправил язычок на его кроссовках и открыл дверь, выпуская бушующую детскую энергию.

— Хотя, по смыслу похоже, — хихикала Оля, крася губы у зеркала. — Когда новая – поиграть можно, жить без нее невозможно, а потом устаревает, и её меняют на версию посовременней.

— Ох, Королёва, ты у меня дождёшься, — пока Мишка жал кнопку лифта, я обнял Ляльку и поцеловал в шею, ощущая её спасительную реакцию. Невозможно поменять на новую, пока твое тело реагирует на её взгляд с поволокой, на взмах ресниц и стон сквозь зубы, пока она дергается от каждого касания и безмолвно рыдает после охренительного секса. Она не просто моя женщина, а жизнь моя… Даже когда пряталась от меня, то всё равно была рядом с каждым восходом солнца.

— Королёв, я тебя девять лет ждала, меня этим уже не напугать, — Оля обманом выскользнула из квартиры, прячась в компании сына, что тут же обнял её за ноги. — Идем, давай! Нас все ждут.