Онлайн книга «Сломанная любовь»
|
— Щас Альке звякну, — бабушка Катерины достала телефон. — Скажу, что собственными окулярами видела, как её внучке предложение сделали! — Нет! — я поднялся с колена, обнял свою долгожданную невесту. — БабАля тогда для меня бензопилу к следующей встрече припасет. Я ещё с топором толком не разобрался. — Эх… Соколик… — горько вздохнула старушка, но телефон убрала. — Может, через год? — Ладно… Через год уже можно… Мы долго рассаживались по машинам, спорили, как ехать и заезжать ли по пути за мороженым для Кати и Мишки, но решив добраться до места назначения без пробок, отмели эту затею. Тишина воцарилась, лишь когда выехали с паркинга, а сын вырубился в своем модном кресле, откинув голову на большого мягкого зайца, что теперь вечно катался на заднем сидении. Олька улыбалась, рассматривая кольцо, гладила его, задерживаясь на скромном камне и вытирала слёзы. Не знаю, почему я решил подарить его, ведь сейчас могу позволить себе купить то, чего достойна моя Ляля, но именно этот золотой ободок нёс в себе все долгие годы ожидания. Символ того, что судьбу не обманешь, а боль – временная. — Нам не обязательно жениться, Мироша, — внезапно выдала она, заставив меня челюсть уронить. — Это ещё почему? — захотелось закурить, но теперь, когда в моей жизни появился Мишка, эта привычка стала какой-то неважной, бессмысленной. — Оля? Что там ты там придумала опять? — Давай просто распишемся? — Ещё чего? Мы ещё свадьбу Царёвых переплюнем, Ляль. — Мы же с тобой уже не дети, Мирош. Царёв для Катьки старается, потому что она совсем девчонка, а мне уже это всё не нужно, — Оля положила руку на мою, сжала, пытаясь придать своим словам уверенности, но я-то прекрасно знал, что глупости это. Под слоем брони, которой она вынужденно обросла, до сих пор живёт моя Лялька в белых гольфиках, и вот ей я знатно задолжал. — Лялька, — не стал проезжать на мигающий сигнал светофора, остановился, упустив своих из виду. — Ты чего? Передумала, так я быстро жопу тебе нарумяню! — Просто… Мироша, это так быстро! Я вообще ничего не понимаю, утром встаю, а вокруг все чужое… Не моё… А вдруг ты баб водил в эту квартиру? — Никого я туда не водил! — Я даже с мамой твоей не знакома! — Мы сейчас это исправим. — Что? — Олька взвизгнула, а когда Мишаня заелозил в кресле, закрыла рот ладонями, а потом стала долбить кулаками по моей груди. — Пакость такая! Пакость! Ты когда мне об этом собирался сказать? — Завтра, — я не выдержал и прижал её к себе, вбирая гневный шепот и тихое поскуливание. — Королёва… — А почему ты Королёв? — сонный голос с заднего сидения перебил сигналы нервных водителей, которые громко напоминали, что мы застыли на центральном проспекте. — Что, может, и с Мишкой поговоришь? — с вызовом зашипела Оля, дуя губы. — Поговорю. Обязательно поговорю… — Мироша, ты совсем не изменился, — вздохнула Оля и отвернулась к окну, пряча слезы и счастливую улыбку. Весь путь до загородного бутик-отеля прошел в тишине. Ляля примирительно гладила мою руку, Мишка мирно сопел, забыв про свой вопрос, а я кайфовал. Как моя жизнь могла за несколько недель перевернуться вот так? А ведь Царёв прав был, когда однажды сказал, что когда мужчина любит по-настоящему, то мир из черно-белого превращается в калейдоскоп. Все с ног на голову перевернулось… Хотя нет. Это я на голове последние годы ходил, думая, что норм, жить можно. А пришли они… И ох**нно стало. Небо голубым, улыбки счастливыми, и лишь сердце суматошно билось, боясь, что сон это… |