Книга Сломанная любовь, страница 113 – Евсения Медведева

— Оксана… — повторил Мишка, зевнул и, как обычно, звонко чмокнул Лялю в щеку. — А вы красивая, и глаза у вас как у меня.

— И мне… — мама покачивалась, жадно впитывая каждое движение малыша. — А сколько тебе лет?

— Скоро восемь будет. Дядь Мирон пообещал подарить велосипед. Чёрный, как у Васьки Юдина.

— Дядя Мирон? — охнула мама и закрыла ладонью рот.

— Мишаня, а пойдем побегаем? — Оля кивнула мне и понесла сына к пирсу, где заканчивали монтаж корабля. — Мирон найдёт нас потом.

— Мирон? — мама развернулась ко мне, буравя влажным от слез взглядом. — Это твой сын.

— Мой, — подтвердил, хотя и вопроса не было. Глупо было сомневаться.

— Как? — мама вытягивала шею, внимательно следя за убегающим малышом.

— Мам, ты можешь сделать одолжение? Я никогда ничего у тебя не просил, а сейчас прошу.

— Что, сын?

— Просто прими это как факт? Я не хочу объяснять, не хочу видеть твою боль, не хочу сам проходить через это всё снова. Устал я, мам. Хочу счастья, смеха и жареной картошки на обед. Хочу будить Мишку в субботу, чтобы отвезти его к бабушке в гости, а потом два дня мерить пустую квартиру нервными шагами, изводимый скукой по ставшему привычным шумом в квартире. Хочу взять в жены женщину, что без меня вырастила шикарного счастливого пацанёнка, хочу видеть твоё счастливое лицо. Просто знай, что у тебя есть внук, скоро будет невестка, а сын твой счастлив.

— Это отец? Это он???

— Это уже неважно, — я обнял маму, чтобы попытаться утешить, забрать хоть каплю тревоги, что плескалась в её глазах.

— Это важно! Ты не понимаешь? Ты - мой сын! Мой! Я за тебя…

— Мам, я уже взрослый мальчик и теперь уже я за тебя, за Лялю и за Мишу… Мы поняли друг друга? И ещё… Мишка пока не знает, поэтому постарайся не спугнуть мальца?

— Я не могу… Не могу… — шептала мама, раскачиваясь на месте. — Так нельзя со своими детьми… Нельзя, Мироша…

— Мама, посмотри мне в глаза, — я немного встряхнул её, заставив взглянуть на меня. — Посмотри… Я счастлив! И позволь пригласить тебя в мою новую жизнь? Погнали, мам. Там будет шумно, весело, иногда трудно, но зато счастливо. Пошли со мной. Ты нужна мне там, потому что ты единственный корень, который не сгнил, ты принимала меня всегда таким, какой я есть, без условий и ультиматумов.

— Ты поэтому бабушке сейчас ставишь условие? — мама рассмеялась, стерла слёзы и собралась. — Погнали, сын…

Матушка моя… В ней я ни капли не сомневался. Обнял её крепко-крепко, как давно не позволял себе, как в детстве, чтобы вдохнуть полной грудью любимый тёплый аромат родного человека.

— Мирон, — послышался строгий окрик, а по спине моей поползли мурашки. Дёрнулся и обернулся, рядом припарковался Доний. От лица до шеи парня ползли красные пятна, он закатывал глаза, демонстрируя верх своего гнева, а мне смешно было. Как только задняя дверь распахнулась, он даже выдохнул, понимая, что просьбы на сегодня закончились и можно спрятаться.

— Что, Царёв свадьбу на Луне не мог организовать? Туда ехать и то ближе, — крякнула Аля, поправляя белое платье, подчёркивающее её идеальную фигурку. — Лёвушка, а права тебе кто выдал?

— О! Ведьма старая пожаловала, — голос Любови Григорьевны раздался раскатом грома, а вскоре и она сама выплыла из парадного входа, смакуя сигарку в длинном мундштуке. — Не трогай моих соколиков.