Онлайн книга «Сломанная любовь»
|
— Из квартиры, если нет мамы, можно выходить с дядь Мироном, Катей, Царёвым… — Миша! Что за Царёвым? — Ладно-ладно… Пошутил я. Ну, где дядь Мирон? — Миша, — вздохнула Ляля. — У тебя слишком много энергии, пора бы тебя определить куда-нибудь. — Тогда на хоккей!! — взвизгнул Мишка и стал бегать по гостиной, имитируя езду на коньках. — Я буду большим, красивым и беззубым, как Овечкин! — Ох-ох-ох! — охнула Ляля и брякнулась на стул. — Так-так-так… Кто тут маму обижает? — вырулил из коридора. Ляля засмеялась и бросилась забирать букет, который пришлось держать зубами. — Ты пришел… — прошептала она, хотела было податься, чтобы поцеловать, но замерла. — Ну, наконец-то! — Мишка перепрыгнул через пуфик, вскарабкался на спинку дивана и уже с нее взмахнул мне на спину, обняв своими крохотными ручками мою шею. — Мама весь день причёсывается, готовит… — Тш-ш, Мишаня, мамкины секреты нельзя вот так просто выдавать, это не по-мужски, — я подмигнул очумевшей Ляле, что рыбкой шлепала губами, пытаясь подобрать ругательства для говорливого сына. — Прости, мамочка, — Мишка дёрнулся, переваливаясь через моё плечо, и чмокнул мать в лоб. — Может, теперь уже поедим картошечки? — А ты руки мыл? — Быстро мыть лапки! — я прижал ноги малыша, и мы понеслись по квартире, делая петли между диванами, декоративными колоннами. Мишка хохотал, сжимал меня за уши, а мне было хорошо… Шумно, вкусно и по перекличке все на месте были… — А мы идем на хоккей? — Конечно, идем. Сейчас пообедаем, а потом сразу выезжаем. А маму возьмем? — Куда мы без нее? — Вы долго ещё шептаться будете? Стынет же, ну… — Идем. На столе появилась светлая скатерть, в центре стояла ваза с цветами, в плетёной корзинке дымились ещё горячие булочки с чесноком, в тарелках разложена жареная картошка и слайсы малосольных огурчиков… Рот наполнился слюной, в животе заурчало. — Завтра нормальный обед приготовлю, а то у тебя, кроме картошки, ничего нет! — Ляля подложила Мишке под попу подушку, вложила в ворот футболки полотенце, а меня дёрнула за ухо, чтобы очнулся. А ведь я и правда будто спал… Вкусная домашняя еда, веселый щебет за столом, Мишкина рука, что утащила из моей тарелки булочку, хотя перед ним была целая корзина. Все будто из фантазии, только по-настоящему… — Я поговорила с твоей помощницей, — Оля улыбнулась. — К сожалению, Мирон Михалыч, она просила передать, что уезжает к дочери помогать с внуком. — Мирон Михалыч? — вытянул моську Миша. — А я Михаил Мироныч… — Ешь, Мироныч, — Оля закатила глаза и подвинула тарелку к сыну ближе. — Всё, нет у тебя больше помощницы, Мироша. — Потом поговорим, — я так быстро уплетал картошку, что даже отвечать не мог. После обеда мы собрались и пошли на стадион, что был в паре кварталов от нашего ЖК. Мишка бежал впереди, вертя головой по сторонам, рассматривая, как по велосипедным дорожкам гоняют самокатчики. — Кстати, Мироша. Я всё хотела спросить, почему Миша? — Оля взяла меня за руку, проигнорировав вопросительный взгляд сына. — Потому что я должен был доказать этому миру, что могу воспитать хорошего Мишку. Он не будет зависеть от бабок, не бросит сына в тюряге, а потом не сбагрит в армейку, чтобы ободрать их с матерью. Просто счастливый и добрый мальчик по имени Мишка. — Ты мне ничего не рассказываешь, — Оля надула губки, сдвигая солнечные очки, чтобы в глаза заглянуть. — Не доверяешь? |