Книга Мэр. Цена предательства – любовь, страница 64 – Евсения Медведева

Костя словно не верил, что я настоящая, что двое связанных полнейшей фикцией сейчас рядом, смотрят друг другу в глаза и вынуждены строить планы на обозримое будущее.

Мне очень хотелось так думать.

Но мешали дрожь и такая приятная тревога.

Воздух тяжелый, насыщенный, насквозь пропитанный мужским очарованием.

Пальцы его сильные, чуть шершавые, но так нежно порхающие по моей ладони.

Скользил не хаотично, а словно дублировал линию жизни, чуть заигрывая у запястья.

Нужно вырвать руку, но не могу. Смотрю в его зеленые глаза, подернутые странной серой дымкой, за которой прячутся его мысли, и не дышала…

— Ты кто такая, Виктория Олеговна? И почему я так странно на тебя реагирую?

— Может, вы с обычными женщинами мало общались, Константин? – я всё же вытянула руку из его ладони, но взгляд отвести не смогла.

— У-у-у-у-у… Это первый приступ ревности? Начиталась в интернетах про мою скромную персону? – Костя усмехнулся, и вдруг лицо его стало каменным, он закрыл от меня и серую дымку тумана, и лёгкость общения. Да что говорить? Даже его голос сменился, став каким-то искусственно-металлическим.

— Модели, красотки, мисс Мира… – не знаю, почему, но я не могла остановиться.

Вывалила всё, что нарыла в сети.

Да, желтуха. Да, теперь я знаю, что не всё, что пишут в газетах и пабликах, есть правда, но отчего-то цепляло это меня уж очень сильно.

Вика, это всё сказка. Короткая, яркая, но сказка.

Попади Каратицкий в желтую прессу с моделькой, то именно она была бы на моём месте… В роли жены.

Местом проведения мероприятия я представляла себе шикарный ресторан, поэтому весьма и весьма удивилась, когда мы въехали в закрытый коттеджный посёлок в пригороде Сочи. Высоченный забор, охрана, полиция, десятки автомобилей, расставленных ровными рядами, и… красная дорожка, окруженная толпой журналистов.

— Готова? – Костя после моих слов внезапно замолчал. Так мы и ехали: я готова была кусать локти от стыда за несдержанность, а он делал вид, что занят работой, чем только усугублял моё состояние.

Когда водитель остановился, Каратицкий сжал мою руку, поправил съехавшее с плеча пальто и подмигнул.

— Это быстро, как прививка. Улыбаемся, обнимаемся, даем время для фотографии и уходим.

— Не будем отвечать на вопросы?

— Будем, но позже. Раевский ещё готовит иск и запретил говорить на эту тему, пока не уладит свои юридические проволочки…

— Но тогда зачем я тебе сегодня? Я думала, что мы будем давать комментарии, – моя решительность и воинственный настрой спали, выпуская смущение на первый план.

— Сегодня мы будем отдыхать…

Каратицкий вышел, обошел авто и распахнул мою дверь.

— Ты не одна, Вика.

И как только я вышагнула из машины, нас ослепило залпом вспышек. Крики, превратившие вопросы в один мощный селевой поток. И я непременно бы растерялась, если бы не крепкая рука Кости, так нежно легшая мне на талию.

Толпа прессы, и всё их внимание было приковано к нам.

Каратицкий смеялся, буквально за руку приветствуя некоторых журналистов. А я только и могла что выдавить смущенную улыбку, все сильнее и сильнее прижимаясь к плечу Кости.

— Константин Михайлович, – самым наглым оказался синеволосый молодой мальчишка, чье лицо мне определенно было знакомо. – Как насчет персонального большого интервью? Многие следили за вашей жизнью, ждали, когда же вы сделаете выбор спутницы среди разнообразия высшего бомонда. Дочь губернатора отмечала вас в своём блоге. И весь регион ждал, когда два мощных клана соединятся. Но вы…