Книга Мэр. Цена предательства – любовь, страница 65 – Евсения Медведева

— Денис, я нашел самую лучшую женщину, и поверь, громкая фамилия – плохой аргумент в выборе жены…

И только услышав эти слова, я растянулась во все тридцать два зуба, как сумасшедшая. Смотрела на Костю, как на небожителя, глаз не могла оторвать. На его лице уверенность, серьезность, а в глазах смешинки, как блики на водной глади.

— А насчет интервью – мы подумаем, – Костя подмигнул и пропустил меня в распахнутую дверь шикарного особняка из белого камня.

Первым вошел Костя, а я чуть притормозила у гардеробной, поправляя волосы, но даже отсюда услышала протяжное и ужасающе дружное женское «О-ОХ».

Костя вскинул за спину руку, сжал мои пальцы и втянул в зал, густо набитый совершенно незнакомыми мне людьми. И я снова услышала «ОХ», но только уже полный разочарования… Одинокие, безумно красивые, успешные и определённо богатые девушки словно до последнего лелеяли мысль, что просочившийся слух не более чем выдумка. Но моё появление разбило десятки сердечек.

Приятно?

Наверное, должно было быть, если бы не мааааленькое НО… Это игра. И мне нельзя забывать об этом.

— Виктория! – громогласно объявил мой новоиспечённый свёкор и вышагнул из толпы, утягивая за собой пузатого лысого дядьку. – Вот, Виктор Алексеевич, знакомься, это моя невестка Вика.

Каратицкий старший сиял как самовар. В глазах все те же смешинки, только лицо румяное, довольное, без тени серьезности и наигранности. Он будто и впрямь гордился мной, словно я – женщина-космонавт или вовсе изобрела вакцину от рака.

— Виктор Алексеевич, мы с супругой поздравляем вас с юбилеем. Долгих лет, крепкого здоровья и толковых сотрудников, а остальное у вас и так есть, – Костя прервал отца, чтобы дать мне понять, что этот пузач и есть губернатор.

К своему стыду, я даже не додумалась погуглить, как выглядит тот, к кому на прием мы отправились. Ехала с твёрдой уверенностью, что сейчас выступим перед журналистами, а после разойдемся разными дорогами.

— Спасибо, Костик, – мужчина по-отечески похлопал Каратицкого по спине, а после подхватил мою руку и галантно прижался губами к пальчикам. – Виктория, вы очаровательны. Вот это я понимаю, настоящая женщина. А то всё сношался с какими-то тощими вешалками.

Пунцовая краска прильнула к щекам. Мне стало стыдно… А ещё обидно. Порой так хочется, чтобы тебя тоже назвали тощей вешалкой! Но моя задница на полный сорок шестой размер была другого мнения об истинной женской красоте.

— Викусь, ты не слушай старого пердуна, – свёкор незаметно толкнул именинника в бок. – Он просто завидует, потому что взял в жены ту самую тощую вешалку. Да, Старик Алексеевич?

Мы с Костей прыснули от смеха, наблюдая, как краснеет губернатор.

— Да ну тебя, Каратицкий! Можно подумать, что у тебя нет молодой любовницы…

— Так, с вашего позволения мы растворимся и немного выпьем, потому что на сухую слушать откровения двух стариков просто невыносимо…

Мы прошли в толпу всего несколько шагов, а мой затылок буквально пылал от пекучих завистливых взглядов. Я словно в змеиное логово провалилась, откуда самостоятельно выйти живой было просто невозможно.

— Они друзья со времен универа, поэтому не обращай внимания. Я эти шутки слушаю каждый раз, когда они собираются. Мужчины слишком примитивны в юморе, запрети им шутить про женщин и авто, они заткнутся на веки вечные.