Книга После развода. В его плену, страница 92 – Мария Устинова

Закроется или нет.

Инга то ли не успела, то ли не захотела. Он целует ее в открытый рот, ждет, пока она, наклонив голову, не мажет расслабленными губами по его рту и щетинистой щеке. Влад ощущает сладкое дыхание на коже и влажный поцелуй под ухом.

Инга дышит на то место, что только что поцеловала.

Не отодвигается.

Влад пытается зеркально повторить действия — поцеловать под ушком, но она шепчет:

— Не надо.

Он останавливается.

А затем понимает, что ей нужно, и запрокидывает голову, даже расстегивает воротник, чтобы Инге было удобнее ласкать его. Она запускает пальцы в волосы, острыми ноготками перебирая волоски на затылке. Влад закрывает глаза, отдыхая, пока теплые поцелуи тают на шее.

Она дает ему то, что может.

Только это.

И ей хочется. Он ощущает голод в прикосновениях — по теплу, любви. Но не по сексу. Это ей больше не понадобится.

Влад гладит затылок, приминая густые волосы Инги, пока она влажным лицом прижимается к ключице.

Если ни о чем не думать, оставить голову пустой… Все терпимо. Все, как раньше.

Только эта ненормальная резь в груди не проходит.

И Дик боится, что уже не пройдет.

«Найди себе нормальную бабу, — вдруг думает он. — Нормальную бабу, не мучайся».

Но знает, что никого искать не станет.

Ему не нужна нормальная.

Нужна эта.

Злой на жизнь, как собака, он выбирается из машины.

По-хозяйски заходит в дом, хотя впервые здесь, а вот Инга идет, как чужая.

Сабуров выкинул жену, рассчитывая, что певица без поддержки тяжбу не вытянет, но она больше не одна.

И Сабурова ноги в этом доме не будет.

Первым делом он переворачивает кабинет.

— Код от сейфа помнишь?

— Кажется, его день рождения…

Подходит.

Влад вытряхивает бумаги на стол, садится в кресло.

— Вызовешь прислугу? Хочу кофе. Мне с этим дерьмом долго сидеть.

— Сама сделаю. Для мужа я сама готовлю.

Муж.

Какой он муж, если ни разу не трахнул после свадьбы. И уже не трахнет, видимо.

Поверх бумаг смотрит, как Инга уходит: на волнующий изгиб бедер, стройные ноги. Раньше это будило жар. Теперь бешенство, потому что увидел все, что с ней делали, и щемящее чувство собственного бессилия.

В столе находит виски и стакан.

Из стакана брезгует — глотает из горлышка, и погружается в бумаги.

Где-то Сабуров встречался, договаривался с покупателем земли. У них такое делается с глазу на глаз. И не раз встречались, такая афера требует долгой подготовки. Этот человек засветился в окружении. Но шестерки не скажут, Глеб не знал, даже Инга…

Ее долго нет, он уже собирается спуститься, но звонок отвлекает.

— Да, — отвечает, перелистывая стопку документов.

Ничего ценного.

— Что ты делаешь в доме Сабурова?

Дядя.

Влад столбенеет.

— Ты следишь за мной?

— Я слежу за домом Сабурова. Зачем туда приехал, еще и с женой?

— Я должен отчитываться?

— Послушай, Влад, за домом слежу не только я. Все, у кого Сабуров украл деньги.

При этих словах его аж дергает.

Где Инга⁈

Спускается на первый этаж.

— Инга! — хрипло зовет, забыв про трубку у уха.

— Влад, нам нужно поговорить, — дядя давит. — Все серьезнее, чем ты думаешь.

Он успокаивается, только почувствовав запах кофе.

Инга в переднике у плиты. Варит кофе в турке.

Вопросительно оглядывается на крик.

Все в порядке.

С сердца камень падает. На секунду показалось, что кто-то ее утащил.