Книга Кровь и Белые хризантемы, страница 102 – Ольга ХЕ

Когда кульминация приблизилась, она наступила не как внезапный взрыв, а как медленный, всепоглощающий рассвет. Сначала дрожь пробежала по ее животу, затем тепло разлилось по всему телу, заставляя ее выгнуться с тихим, прерывистым стоном. Она чувствовала, как ее внутренности сжимаются вокруг него в бесконечных, сладостных спазмах.

Видя и чувствуя ее наслаждение, он наконец позволил себе отпустить последние остатки контроля. Его тело напряглось, он с глухим, сдавленным стоном уткнулся лицом в ее шею, и его извержение показалось ей не потерей, а даром — самым сокровенным, что он мог ей отдать.

Он не рухнул на нее. Он перекатился на бок, увлекая ее за собой, так что она оказалась полулежа на нем, их тела все еще были соединены. Его руки обвились вокруг нее, одна легла на ее ягодицы, мягко прижимая ее к себе, продлевая последние трепетные отголоски экстаза, другая — нежно гладила ее волосы.

Они лежали так, слушая, как их сердца постепенно успокаиваются. Дыхание выравнивалось, становясь глубоким и ровным. Он целовал ее макушку, ее лоб, ее сомкнутые веки.

— Я никогда не чувствовал себя так… цельно, — прошептал он, и его голос был размыт от блаженной усталости. — Как будто все части меня, наконец, нашли свое место.

Она приподнялась, чтобы посмотреть на него, и ее сердце зашлось от той чистой, беззащитной любви, что сияла в его глазах. Она поцеловала его в губы — нежно, благодарно.

— Они и нашли, — улыбнулась она. — Потому что твое место — здесь. Со мной.

Он крепче обнял ее, и они погрузились в тихий, исцеляющий сон, сплетенные воедино так тесно, что было невозможно понять, где заканчивается одно тело и начинается другое. Снаружи все еще существовали угрозы и битвы, но здесь, в этой комнате, царил мир, построенный на нежности и доверии. И этого было достаточно.

Тишина в покоях Вайолет была густой и медленной, как теплый мед. Они лежали, переплетенные, его рука лежала на ее талии, ее голова — на его груди. Слушать стук его сердца под щекой стало для нее самым дорогим ритуалом. Свеча догорала, отбрасывая трепетные тени на стены, и в этом уюте сама мысль о внешних угрозах казалась кощунственной.

Ее пальцы легонько водили по старому шраму на его груди, кружа вокруг загрубевшей кожи.

— А что будет после? — тихо спросила она, нарушая тишину. — Когда все это… закончится?

Лео не ответил сразу. Он притянул ее чуть ближе, его дыхание коснулось ее волос.

— После, — произнес он, и в его голосе не было привычной стальной нотки, только задумчивость. — Сначала — свадьба. Настоящая. Не та церемония для Совета, где мы будем просто пешками.

Она приподняла голову, чтобы взглянуть на него. В его золотистых глазах плясали отсветы пламени, но бури в них не было.

— А какой она будет? — спросила Вайолет, чувствуя, как по ее щекам разливается теплая краска.

Уголок его рта дрогнул в подобии улыбки.

— Там не будет моего отца, диктующего каждый шаг, — сказал он. — И не будет этой толпы лицемеров. Только мы. И, может быть… — он запнулся, подбирая слова, непривычные для его языка. — Может быть, Мастер Элиас. И твой дядя, если захочет. В старой часовне, в лесу, что принадлежит нашему дому. Той, что построил мой прадед для своей невесты-простолюдинки. О ней все давно забыли.