Книга Хочу тебя себе, страница 54 – Маша Малиновская

Я стараюсь не показать, но вся сжимаюсь изнутри. Она беспокоится за нас обоих, но не знает причин.

— Сашка.… — начинаю я, но тут дверь кухни открывается, и он сам входит. Взгляд брата цепляет меня, и его лицо тут же меняется. — Варя? Можно тебя на минуту?

— Что случилось? — спрашивает мама, не поднимая глаз от пельменей.

— Да ничего, — отвечает Сашка, а я вижу, как его пальцы сжимаются в кулаки. — Варя, пойдем.

Я ополаскиваю руки под краном и вытираю бумажным полотенцем. Иду за братом. Мы выходим на улицу, и как только дверь захлопывается, он набрасывается на меня с расспросами.

— Варя…. Варя! — хватает меня за плечи и сжимает. Глаза бегают по моему лицу, зрачки расширены. — Что этот подонок с тобой сделал? — его голос напряжённый, вибрирует от злости и отчаяния. — Варя, говори!

— Саша, успокойся, — шепчу я, стараясь не встречаться с его взглядом. Осторожно отцепляю его руки от себя. — Он ничего такого не сделал. Правда. Я просто…. живу у него.

— Живёшь?! — его голос срывается. — Ты понимаешь, что говоришь? Это не нормально! Варя, он же…

— Он отпустил меня домой, — перебиваю я. Мой голос звучит ровно, хотя внутри всё переворачивается. — Сказал, что я могу побыть с вами. Это только три дня.

Сашка смотрит на меня и качает головой. В глазах целый коктейль эмоций. Он злится, но понимает, что ничего не может сделать. Его бессилие давит на него так, что я вижу — он почти на грани.

— Я клянусь, Варя, я отомщу ему, — шепчет он сквозь сжатые зубы.

— Не надо, — говорю я, касаясь его руки. — Пожалуйста. Дай мне самой разобраться. Ты только хуже сделаешь.

— Варь, отец бы….

— Саша, — перебиваю и просто обнимаю брата. Мне бы очень хотелось быть с ним откровенной, но я не стану. Больше не стану. Не хочу, чтобы он опять всё усложнил. Поэтому вру ему. — Успокойся. Правда, всё нормально. Мы… у нас отношения с Игнатом.

Брат каменеет. Смотрит так, что меня тошнить начинает от самой себ.я. Но пусть лучше так.

— Идём в дом, мама ждёт, — пытаюсь выдавить улыбку.

Мы возвращаемся в дом, и мама тут же даёт Сашке задание упаковать пельмени. Она улыбается, пытаясь разрядить обстановку, но я не могу расслабиться. Кожа буквально чувствую, как напряжение витает в воздухе.

Мы продолжаем работать, как за окном раздаётся звук машины. Наш дом в самом конце улице, в тупике, поэтому просто так сюда редко когда кто-то заезжает даже чтобы просто развернуться, потому что место узкое. То есть это скорее всего к нам.

А мы, насколько я знаю, никого не ждем.

Мама удивлённо смотрит в окно.

— Кто это может быть? — пожимает она плечами, вытирая руки о полотенце.

— Не знаю, — отзываюсь я, но странная тревога разливается внутри.

— Мам, я открою, — Сашка откладывает короб и собирается выйти, но мама его останавливает.

— Ой, слушай, сынок, это Ольга Викторовна, наверное. Она говорила, что заберёт всю партию в свой магазин. Наверное, просто раньше приехала.

Мама набрасывает кофту и идет на улицу, а потом к воротам, и я слышу, как она открывает их. Мы с Сашкой заканчиваем укладывать короб, потому что если это за пельменями, то не хотелось бы заставлять мамину клиентку ждать.

На пороге кухни через пару минут раздаются тяжёлые шаги. Я не поднимаю головы, но чувствую, что воздух как-будто становится гуще.