Книга Проклятие бронзовой лампы, страница 41 – Джон Диксон Карр

— Кстати, – заметил Г. М. весьма странным тоном, – в четверг вечером у меня тоже была мысль на эту тему. Но неверная. Она попросту не могла быть верной!

— Лишь одно мы знаем наверняка, – сказал Мастерс, – а именно что юная леди вошла в главный холл. А затем – бац! Исчезают шаги, а вместе с ними и улики, и все остальное, черт побери! Есть у вас хотя бы одна-единственная зацепка?

— Ну… – ответил Г. М. – Как насчет картины?

— Какой еще картины?

— Большого портрета девицы, заказавшей строительство этого дома в восемнадцатом веке. В обеденное время он висел на стене, а четырьмя часами позже исчез. Сынок, вы не видели его, когда обыскивали дом?

— Нет. Ну и что?

— Ох, сынок, – мрачно изрек Г. М. – То, что его спрятали не случайно. И не потому, что этот портрет причинял кому-то эстетические мучения. Во всем этом грязном дельце его исчезновение наделено неким смыслом, и чтоб мне сгореть, если это не так! Чутье подсказывает, что, выяснив судьбу портрета, мы возьмем нужный след. – Покачивая головой, Г. М. тяжелой поступью приблизился к парапету и поверх зубцов стены сердито уставился на далекий собор. – И еще хотелось бы понять, что означает пропажа золотого кинжала и шкатулки для благовоний. И какое отношение эти предметы имеют к нашей неразберихе.

— В который раз повторяю, сэр, – хлопнул по блокноту Мастерс, – что мне известно не больше, чем вам! Египетская полиция прислала претензию, только и всего! В каблограмме говорится, что на основании жалобы и полученной информации имеются причины полагать, что кинжал и шкатулку тайком вывезли из страны.

— Полученной информации? От кого? И кто подал жалобу?

— Сам лорд Северн.

— Но подумайте, Мастерс, старик ведь не обвиняет собственную дочь в воровстве?

— Ей-богу, сэр, этого я до сих пор не знаю! Мне приказали приехать сюда и допросить юную леди о пропаже. Вот и все, что я могу сказать. Но вскорости вы непременно получите ответ на свой вопрос.

Мастерс вытащил из кармана сложенную газету, последний номер «Дейли фладлайт», и попытался развернуть ее на ветру, вследствие чего газета облепила ему физиономию, а сэр Генри прочитал броский черный заголовок: «Способно ли проклятие убивать?»

— Ожидается, что сегодня лорд Северн прибудет в Англию, – сообщил Мастерс, отрывая газету от лица. – Вот сами и спро`сите. И еще узнаете, связаны ли кинжал и шкатулка с этим исчезновением. Но вы когда-нибудь видели, – он потряс газетой, – видели когда-нибудь подобную шумиху? Какой же это вздор! Ох, конечно же, я все понимаю, но тем не менее…

— Спрашиваете себя, – обернулся к нему Г. М., – не стоит ли, в конце концов, принять эту ситуацию всерьез?

— Ничего подобного, – с достоинством ответил старший инспектор, – но скажу вам прямо, сэр. Многие придерживаются именно такого мнения. Помните, что было десять лет назад? Помните лорда Карнавона и фараона Тута?

— То, что там случилось, – заметил Г. М., – всего лишь комариный укус. – На мгновение его губы скривились в омерзительной ухмылке. – Знаете что, сынок? Допустим, лорд Северн сегодня приедет в поместье и тоже исчезнет. Ваше положение станет по-настоящему затруднительным, верно?

— Ну знаете ли!.. – начал старший инспектор Мастерс, раздув было грудь для впечатляющей тирады, но в последний момент передумал и натянул на голову котелок с таким видом, будто заткнул себя пробкой. Неторопливо и даже с некоторой праздностью он скомкал газету и швырнул ее за парапет, где ветер подхватил ее и грациозно унес прочь.