Книга Проклятие бронзовой лампы, страница 60 – Джон Диксон Карр

— Сэр?

Г. М. распахнул свой альбомище на одной из последних страниц, где хранилась толстая стопка еще не приклеенных вырезок, и начал перебирать их, приговаривая что-то себе под нос и роняя бумажки на пол.

— Снимок, который я ищу, – сказал он, – был сделан на фоне Центрального вокзала в Каире недели три тому назад, и на нем я приклеиваю пятифунтовую банкноту к физиономии таксиста.

Тут нервная система Бенсона дала слабину.

— Прошу прощения, сэр?

— Он отрезал мне галстук, и поэтому я прилепил пятерку ему на физиономию, – старательно объяснил сэр Генри. – Но девица тоже попала на фото. На заднем плане явственно виднеется ее лицо. Я же знаю, – капризно продолжил он, – что эта треклятая вырезка где-то здесь, ведь… Ага! Вот она! – Он выложил на стол газетную фотографию довольно крупного размера. – Хотите ее себе в коллекцию?

— Был бы глубоко признателен, сэр.

— Ну ладно. – Г. М. поднял фотографию повыше, чтобы рассмотреть ее как следует. – Так, вот я, без галстука и с открытым ртом, а вот леди Элен – и, как видите, она…

Тут произошло нечто странное. Что-то изменилось в лице сэра Генри, а также в настроении и самой атмосфере комнаты.

Г. М. привстал со стула, передавая фотографию Бенсону, но тут снова взглянул на нее, пристальнее прежнего. Что-то на снимке завладело его вниманием, и он замер, не отрывая глаз от вырезки.

Стало слышно, как хлещет по окнам дождь, как с присвистом дышит сэр Генри; все увидели, как сияет его лысина, как тускло мерцают стекла очков, как поблескивает золотая цепочка, что тянулась через внушительное пузо к часовому карману жилета. Теперь сэр Генри вообще не думал ни о себе, ни о собственных достоинствах или недостатках.

Он плюхнулся на прежнее место с такой силой, что стул едва не сломался, а покрытый линолеумом пол заходил ходуном. Судя по опущенным уголкам рта, Г. М. что-то понял, и это «что-то» потрясло его до глубины души.

— Ох, глазоньки мои, – пробормотал он. – Ох, батюшки-светы… Подумать только, как же я не заметил этого раньше?

Такое старший инспектор Мастерс видел не впервые.

— Что там у вас? – насторожился он.

— Стоп! Дайте подумать! – возмутился Г. М. – Дайте подумать…

Упершись локтями в стол, а кулаками в виски, он прокручивал в голове какую-то мысль, а остальные молчали. Раз-другой Г. М. кивнул, обдумывая некие аргументы. Вскоре его лоб разгладился, и, когда часы в холле забили пять, сэр Генри поднял глаза и очень вежливо обратился к Бенсону:

— Скажите, сынок, эта бронзовая лампа… Если мне не изменяет память, она до сих пор наверху, на каминной полке, в комнате нашей девицы. Будьте добры, сбегайте за ней, ладно?

Присутствующие зашевелились. Бенсон помедлил, словно размышляя, не остаться ли на месте, но давняя привычка взяла свое.

— Слушаюсь, сэр.

Дворецкий развернулся и вышел из комнаты, осторожно прикрыв за собой дверь, в то время как сэр Генри зачарованно рассматривал воздух у себя перед носом.

— Каким же я был болваном! – гулко молвил он. – Упустить такое мог только витающий в облаках ротозей! Послушайте, Мастерс, если я повернусь к вам спиной, вы не могли бы дать мне пинка под зад?

— Это доставит мне неописуемое удовольствие, – искренне заверил его старший инспектор. – Но всему свое время. Так в чем дело, сэр?! – вдруг взревел он. – Что вы нашли?! И зачем вам понадобилась бронзовая лампа?!