Книга Проклятие бронзовой лампы, страница 86 – Джон Диксон Карр

— Рискну предположить, хозяин дома был несколько недоволен?

— Он бранился так, что вогнал меня в краску. Чтобы прервать этот поток красноречия, пришлось ткнуть шлангом ему в живот. А вот я на Кони-Айленд…

Бенсон наслаждался разговором. Кит видел это по сдержанному блеску его глаз. Казалось, дворецкий забыл обо всем на свете.

Здешние владения Бенсона радовали глаз. По пришествии майского тепла на плиты террасы с ее почерневшей белокаменной балюстрадой вынесли плетеные кресла с обилием подушек. Невысокие ступени спускались к строгому саду в голландском стиле, где уже распустились ранние тюльпаны, ряды которых тянулись к югу, ко всплескам зелени под туманными тополями, серой стене парка и речной излучине.

Но у Мастерса не было желания рассматривать эту красоту. Он громко откашлялся и сказал:

— Доброе утро, сэр Генри.

Г. М., сидевший к нему спиной, глянул за плечо, после чего стал быстро-быстро запихивать еду в рот, запивая ее громадными глотками кофе. Наконец он отставил чашку, тяжело выдохнул и произнес:

— Доброе утро, Мастерс.

Старший инспектор приблизился, встал к нему лицом и осведомился:

— Когда вы объявились?

— Я? Час назад или около того. Верно, Бенсон?

— Примерно так, сэр.

— Позвольте спросить, сэр Генри, где вы были?

— Я? – невинно переспросил Г. М. – Не здесь.

— Насколько бы странно это ни звучало, – сказал Мастерс, – мне уже известно, что здесь вас не было. Я, черт побери, спрашиваю о том, где вы были!

— Да так, неподалеку. – С вилкой в одной руке и ножом в другой Г. М. широким жестом обвел окрестности. – Отлучился по делам.

— Вы хоть понимаете, – продолжил Мастерс тоном барристера в зале суда, – что многие сочли это очередным исчезновением? В прессе – на тот случай, если вы не видели газет, – пошел слух, что вас тоже забрала бронзовая лампа!

— Этот ваш слух, сынок, не вполне соответствует истине. Бронзовая лампа не забирала меня. Это я ее забрал. – Из-под стола Г. М. извлек древний портфель, а из него – бронзовую лампу, которую поставил на стол между тарелкой и альбомом с вырезками. – Я носил ее с собой, Мастерс, и не без причины. Видите ли, сынок, добрую толику вчерашней ночи я провел в гостинице «Колокол»…

— Ни черта вас там не было! Я же звонил в гостиницу!

— Да-да, сынок, конечно. Но администратору было велено отвечать, что меня там нет. Поскольку я, видите ли, увлеченно беседовал с Лео Бомоном. Я знал, что дело будет долгое и щекотливое. Этот малый хитер как лис и вдобавок колюч как еж. Но мне требовалось добиться его признания.

— Признания?! – взревел Мастерс.

— Вот именно.

— Но вы были в гостинице не до самого утра, верно?

На этот вопрос сэр Генри отвечать не стал.

— Со слов Бенсона я понял, – продолжил он, доедая последнюю сосиску и остатки яичницы, – что прошлой ночью здесь была та еще вечеринка. – Тут сэр Генри затрясся от сдержанного хохота. – Страшно жаль, Мастерс, что я этого не видел.

— Разумеется, вам страшно жаль, – сказал Мастерс. – Ну да ладно. Смейтесь дальше! Когда приехал архитектор, я решил, что дело в шляпе. Но задержался, поскольку на том же поезде прибыл мистер Робертсон, и мы заехали в полицейский участок, чтобы он дал показания…

— Так-так. И какими же они были, эти показания?

— Да никакими. Репортеры взяли интервью у лорда Северна и мистера Робертсона, сперва в Кройдоне, а затем в квартире лорда Северна на Ганновер-сквер. Затем лорд Северн сел в «бентли» и уехал, но сперва на голубом глазу пообещал газетчикам дать еще одно интервью – здесь, в Северн-Холле, сегодня, в первой половине дня.