Книга Черная королева, страница 112 – Андреас Грубер

Ивона с отвращением посмотрела на стену.

— Эти двое, вероятно, работают вместе теснее, чем мы подозревали.

Извлеченной из кармана парки шариковой ручкой она раздвинула предметы на низком деревянном столике.

— Банки с хлороформом, которые использовали для оглушения жертв.

Между банок обнаружилась книга в кожаном переплете. Ивона шариковой ручкой открыла ее. Взгляд Хогарта упал на плотные записи, сделанные неразборчивым почерком.

Она пролистала страницы.

— Похоже, дневник. Ломег ведет подробные записи.

— Но не каждый день – посмотрите. – Хогарт указал на дату. С 5 по 8 марта записей не было.

Ивона продолжала листать страницы. Она постоянно натыкалась на пробелы в хронологии, но никакой закономерности не находила. Последняя запись была от вторника этой недели, того дня, когда Ломег заметил ее во время визита в Пражский Град. Холодок пробежал по телу Хогарта. Это означало, что Ломег был здесь совсем недавно и сделал эту запись.

Хогарт указал на стол:

— Давайте посмотрим в ящике.

Стараясь не оставлять отпечатков пальцев, Ивона вставила ручку в маленькое металлическое кольцо и открыла ящик. Хогарт уловил легкий аромат эвкалипта, исходивший от Ондржея, когда великан наклонился и заглянул ему через плечо.

В деревянном ящике лежало удостоверение личности. Кончиком шариковой ручки Ивона его развернула.

— Паспорт Ломега. Подделка, да еще и не очень качественная, – заметила она. – Согласно ему, Ломег родился в Кладно.

— Точно как Миха.

Хогарт порылся в ящике, отодвинул какие-то бумаги и нашел карту Праги, на которой, как и на его собственной карте, была нарисована шахматная доска. Таким образом, они окончательно схватили Ломега за причиндалы. Рядом лежал лист бумаги с написанными от руки ходами.

— Я схожу с ума! – пробормотала Ивона. – Рети против Шлаге, Гамбург, 1910.

Над каждой сбитой фигурой стояло имя соответствующей жертвы. Это были случайные люди, выбранные наугад. Черную королеву звали Александра Шеллинг. Завершал список белый слон. Над ним карандашом было торопливо нацарапано имя Иеронима Веселого. У Хогарта пересохло во рту. Дело принимало все более зловещий оборот. Ломег приходил сюда совсем недавно, в течение последних двадцати четырех часов.

— Нам нужно исчезнуть, – раздался голос Ивоны. В нем появились резкие нотки; видимо, Ивона подумала о том же, что и он.

— Одну минуту.

Хогарт перевернул лист, и на обороте обнаружилась стилизованная королевская корона, нарисованная всего несколькими штрихами. Хотя имя под ней было несколько раз перечеркнуто, его все еще можно было прочитать.

— Ярослав Зайиц! – воскликнул Хогарт. – Он – последняя мишень нашего убийцы.

— Теперь все понятно, – пробормотала Ивона. – После того как была взята последняя фигура, королю поставили мат, и отец потерпел окончательное поражение.

— Вероятно, Веселый – не единственный, кто должен умереть сегодня вечером. Нам срочно нужна полицейская защита для Ярослава Зайица, – сказал Хогарт.

— Зайица, этой свиньи? – выпалила Ивона. – Вместо этого нам нужно выяснить, где держат Иеронима.

Они обыскали каждый уголок комнаты, но не нашли никаких указаний на то, куда Ломег отвозил своих жертв.

В этот момент половицы позади них предательски скрипнули. Первым обернулся Ондржей.

Перед ними стояла женщина в кухонном фартуке и бигуди. Управляющая уставилась на них широко раскрытыми глазами. Ее взгляд, прежде всего, остановился на Ондржее. Вскоре она принялась кричать и угрожать вызвать полицию.