Книга Гранитная гавань, страница 29 – Питер Николс

Отправляясь в путь, они взяли с собой все, что могло им понадобиться: банки с консервами, дрожжи для выпечки хлеба, семена, из которых Изабель вырастила ростки, набор для ремонта зубов, запасное снаряжение для лодки, книги, которые они хотели прочитать. И друг друга. Чувство завершенности подарило Изабель ощущение безопасности, неведомое до тех пор. И с тех пор – тоже.

Вскоре после того, как они вернулись в Мэн, родился Итан, и их троих окутало чувство иной завершенности. Но когда одиннадцать лет назад Джошуа уплыл в Англию и исчез, внутри Изабель поселилась пустота, необъятная, как океан. Теперь между ней и ужасом не было и тонкой обшивки, не было Джошуа, который мог ее успокоить. Все, что помогало ей чувствовать себя чуть лучше, – наличие в доме достаточного запаса еды, бумажных полотенец, нижнего белья, носков, батареек для фонариков и лампочек.

— Изабель!

Она стояла в конце прохода – могла бы не оглядываться, сделав вид, что не услышала, тем более что у нее не было настроения ни с кем разговаривать, – но почему-то неохотно повернулась.

— А, Роджер, – почувствовала она облегчение, – это ты.

— Как дела? – спросил он. На нем по-прежнему был костюм аптекаря. Ему так понравилась эта одежда, что он носил ее даже вне работы – Изабель несколько раз видела его в городе в таком виде. В руках у него была красная продуктовая корзина, наполовину заполненная овощами. На его лице читалось сострадание. – Как Итан?

— О, боже. Ты же его знаешь. Он не будет об этом говорить. Он все носит в себе. Так ужасно. Не представляю, что с ним делать, Роджер.

— Знаешь, я был бы рад с ним пообщаться. Так ему и передай. Или, может быть, я сам его где-нибудь поймаю. Ты знаешь, что я волнуюсь за него. За всех ребят.

— Спасибо, Роджер. Я знаю.

Вернувшись домой, она заглянула в подвал, услышала, как Итан возится внизу, сразу же успокоилась, поняв, что он в безопасности, и снова закрыла дверь. Заварила чашку детокс-чая, поставила обогреватель так, чтобы шумный поток теплого воздуха был направлен на диван в гостиной, и попыталась читать книгу «Жизнь леди в Скалистых горах» Изабеллы Бёрд, англичанки, которая в 1873 году одна верхом на лошади проехала через все Колорадо. Эту книгу Изабель купила за доллар в магазине «Тело и душа» в надежде, что сможет перенестись в другой мир.

Но перед ее глазами стоял образ Шейна. Она вновь слышала его жизнерадостный смех, вспоминала его доброту. Разве можно было это вынести? Они с Дорин не общались с тех пор, как она вышла замуж за Денниса Визнера и родила Скай. Изабель и представить себе не могла, как Дорин выдержит смерть сына. Она бы умерла, если бы убили Итана. Мальчики дружили всю свою жизнь. Они были ближе, чем братья. Она увидела, как они втроем, Шейн, Итан и Джаред, веселятся здесь, в ее доме, как они купаются в доках, увидела их юные тела, красивые, мокрые и скользкие, как у тюленей.

Для Итана это, конечно, было так же больно, как потеря отца.

Она вновь попыталась сосредоточиться на книге, но на этот раз ей мешали образ и голос Алекса. До сегодняшнего дня они не общались пять лет. Он постарел, поседел. Худоба, белая щетина. Но голос остался все тем же – с акцентом и легкой скрипучестью, которые ей нравились.

Впервые она увидела его на сцене оперного театра Гранитной гавани, где он читал свой текст, яркий и остроумный. Потом приобрела его роман о двух семьях, живущих на одной улице в Северной Англии. Отстояла в очереди за автографом. Персонажи были англичанами, говорили на манчестерском сленге, жили и работали в старых кирпичных зданиях. Но она увидела этот мир и его жителей. И почувствовала, что автор ей знаком. Прочитав его книгу, она заглянула в его разум и душу.