Книга Темная тайна художника, страница 135 – Моника Фет

Он поискал место на стоянке для своей машины и лучше рассмотрел дом. Бетон и стекло. Двадцать лет тому назад такой дом был, наверное, самым современным, самым модернистским из всех домов данного района. Еще и сегодня его окружала аура неповторимого своеобразия.

Женщина, которая ему открыла, была очень молода. Она представилась как ассистентка Рубена Хельмбаха. Приняв у него пальто, она провела его в огромную комнату, которая была обставлена скупо и сдержанно. Диван и два кресла из белой кожи с черными с металлическим отблеском шелковыми подушками. Ярко-красный ковер на полу из полированного черного гранита.

Казалось, что в этом доме почти нет дверей. Жилое помещение, как Берт установил со второго взгляда, было многофункциональным: гостиной, кабинетом, столовой. Здесь имелась даже встроенная кухня. Функциональные зоны отделялись друг от друга невысокими, скромными белыми стенками.

При посещении таких домов Берт всегда задавался вопросом, какое влияние оказывал такой открытый образ жизни на совместное проживание. Он не решался даже представить себе, каково это, если бы Марго и дети постоянно были бы на виду и не давали бы ему возможности побыть время от времени одному.

Рубен Хельмбах в настоящее время редко бывает дома, объяснила молодая женщина, которую звали Юдит Кранц. По ее словам, время от времени ему требуется уединенное место для работы. А здесь его постоянно отвлекают.

— Люди, которые вращаются в сфере искусства, просто сумасшедшие, — пояснила она. — Они высасывают из художников все соки, осыпают их наградами, таскают их с одной вечеринки на другую, выманивают у них картины, не дав тем даже просохнуть, а потом, когда пресытятся одним художником, тут же обращаются к следующему.

— Я не очень хорошо разбираюсь в живописи, — сказал комиссар. — Однако слышал, что Рубен Хельмбах в настоящее время пользуется большим успехом.

— Это еще слабо сказано. Из Рубена сделали культ. Но он видит истинную причину этого и играет по своим правилам. Он с самого начала редко появлялся на публике. Это могло дорого ему обойтись. Но, к счастью, случилось обратное. Сейчас буквально дерутся за его картины.

Комиссар с интересом слушал ее. В этом заключался положительный эффект спонтанных действий — люди оказывались более разговорчивыми, если у них не было возможности подготовиться к беседе.

Очевидно, эта же мысль пришла в голову и Юдит Кранц. Она замолчала и вопросительно посмотрела на комиссара.

— Чем я могу вам помочь? — спросила она.

— Информацией, — ответил Берт. — Как мне найти герра Хельмбаха?

— Я охотно передам ему, что вы хотели бы с ним поговорить. Он сможет вам позвонить, и вы договоритесь о встрече. Могу я спросить, о чем идет речь?

— В полицию поступило заявление о том, что его сестра пропала, и я хотел бы задать ему несколько вопросов.

Юдит постаралась скрыть свое удивление, но Берт заметил, как она на миг нахмурилась и как в ее глазах мелькнуло выражение крайнего изумления.

— Вы не знали, что у него есть сестра? — спросил он наудачу, так как она могла удивляться и тому обстоятельству, что Ильке пропала.

— Рубен мой работодатель, — ответила она. — Частная жизнь — это его личное дело.

Как ловко она вывернулась. Но, в конце концов, чувства этой женщины не были предметом обсуждения. Это могло измениться, но в настоящий момент он услышал достаточно. Берт попросил принести пальто, передал Юдит свою визитную карточку, попрощался и отправился в обратный путь, преодолевая пробки на дорогах.