Книга Темная тайна художника, страница 134 – Моника Фет

— В последнее время тебе не бросился в глаза незнакомый автомобиль, который парковался на вашей улице?

— Только один раз. «Мерседес». Класса люкс. Тонированные стекла. Колпаки — с ума сойти. Закачаешься, Майк. Этот легко даст свои двести пятьдесят.

Сердце Майка учащенно забилось.

— Ты помнишь, какого он был цвета?

— Было раннее утро, на улице было еще совсем темно. Только под фонарями можно было кое-что рассмотреть. Но я знаю, что он был серого цвета.

— А номерной знак?

— Был закрыт другой машиной, которая стояла перед ним.

— Спасибо, Лео. Ты мне очень помог.

— Почему ты хочешь это знать, Майк? Это была машина похитителей Ильке?

Лео всегда удавалось удивлять Майка. Очевидно, он ни секунды не верил в другую причину исчезновения Ильке.

А он сам?

— Возможно, — ответил Майк.

— А ты их ищешь?

Майк не знал, что ему ответить. Немного поколебавшись, он решил сказать Лео правду.

— Да.

— Я никому не скажу. Успеха тебе, Майк.

Майк услышал в трубке щелчок, и разговор закончился.

Ютта и Мерли, сгорая от нетерпения, смотрели на него.

— Ильке похитили, — сказал Майк.

Как воришка Берт прокрался в свой собственный дом. Марго уже давно легла спать. Жена не оставила ему никакой записки, и это означало, что она сердится на него. Берт тяжело вздохнул. Марго никогда не относилась с пониманием к его работе, но то, что она сердилась на него из-за опоздания, было чем-то новым.

Ведь жизнь — это развитие, подумал он и сам немного испугался своего цинизма.

Он взял из холодильника бутылку пива и направился в гостиную комнату, в которой было так тщательно убрано, что от этого она казалась неуютной. Разве раньше не валялись повсюду вещи? Детские игрушки, книги, цветные карандаши, одежда? Разве не забывали они здесь время от времени стаканы с остатками какого-нибудь сладкого напитка? Внезапно Берт почувствовал, что ему не хватает раздавленной банановой кожуры, надкусанных, побуревших яблок с отпечатками маленьких детских зубов, твердых как камень жевательных резинок и надкусанных плиток шоколада.

С удивлением он заметил, что комната стала расплываться у него перед глазами. Неужели к старости он становился слишком сентиментальным? Неужели теперь он платит за то, что не смог обзавестись прочным панцирем, как это делало большинство мужчин, чтобы выжить? Твердый снаружи, мягкий внутри?

Берт отпил из бутылки. Достал записную книжку и попытался восстановить в памяти все детали визита в дом Рубена Хельмбаха.

На автобане А1 случилась крупная авария. Весь прилегающий участок шоссе был блокирован в обоих направлениях. Берт был вынужден вместе с ревущей, дымящей железной лавиной в течение нескольких часов петлять по проселочной дороге, ведущей через маленькие, сонные городки, объезжая место аварии.

Только в половине седьмого он прибыл в Тогштадт. От пережитого во время поездки стресса он был голоден и раздражен. В одном из придорожных кафе он стоя съел булочку и выпил чашку кофе.

Продавщица уже собиралась закрывать свое заведение и убирала все с полок и витрины. Кроме Берта, в кафе находился еще один посетитель, пожилая дама с маленьким, громко сопящим мопсом, который уставился на комиссара с выражением почти человеческого удивления.

Немного подкрепившись, Берт подъехал к дому Рубена Хельмбаха и с облегчением обнаружил, что во многих окнах горит свет. Пора уже отучиться от таких спонтанных акций, подумал он. Они отнимают время и силы, которые можно было бы использовать более разумно. При этом он прекрасно понимал, что не сможет измениться, так как внезапные идеи, интуиция являлись изюминкой его профессии.