Книга Темная тайна художника, страница 137 – Моника Фет

Ильке лежала в кровати и крепко спала. В слабом свете, который падал из коридора в комнату, она выглядела как ребенок.

Но она больше не была ребенком. Она была женщиной. Его женщиной. Настало время напомнить ей об этом. Рубен склонился над ней и поцеловал в шею.

Она мгновенно вскочила в такой панике, что плечом ударилась о его подбородок. Ему стало ужасно больно. От этой боли он почти протрезвел. Он заметил, что Ильке испуганно прикрыла грудь одеялом.

Рубен осторожно потянул одеяло вниз. Затем сел на край кровати. Погладил плечо Ильке. Ее кожа была теплой и мягкой на ощупь. Рубен взял ее кисть и стал целовать каждый пальчик. Потом спустил бретельки с ее плеч.

Ильке застыла от… От чего? От ужаса? От страха? От отвращения? От омерзения?

— Позволь мне любить тебя, — прошептал он. — Пусть все будет так, как было тогда.

Рубен сам себе казался псом, который умолял хозяина, чтобы его погладили. Он видел себя как бы со стороны, видел, что унижался, и ничего не мог с собой поделать.

Ильке почувствовала, как страх тесным кольцом сжимает ее грудь. Рубен всегда был непредсказуем. Только что он был нежен, а уже в следующую секунду мог почувствовать себя обманутым и ударить ее.

— Руб, — тихо сказала она и осторожно коснулась его лица.

Он вытянулся на кровати рядом с ней и посмотрел на нее. Ильке сразу заметила, что он пьян. Однако это ни в коем случае не делало его менее опасным. Совсем наоборот, положение было взрывоопасным. Одно неверное слово, и могло произойти все, что угодно.

— Мы так долго были… разлучены, — осторожно начала она. — Мне нужно время.

— Время? — Казалось, что он обдумывает ее слова. — К сожалению, у нас его нет.

— Почему нет, Рубен?

— Тебя будут искать. — Он произнес это почти мечтательно, поднял руку и провел указательным пальцем по ее губам. — И когда-нибудь тебя найдут, как бы хорошо я тебя ни прятал.

Как будто она была куклой, с которой он делал все, что захочет, которую мог засунуть под диван или затолкать в шкаф. Страх сдавил ей горло. Рубен никогда не допустит, чтобы ее нашли.

Он играл с ее волосами, медленно пропуская пряди между пальцами.

— Если я тебя отпущу, ты останешься со мной?

«Да», всего лишь крохотное «да». Но разве он говорит об этом всерьез?

— Ты меня отпустишь, если я пообещаю тебе, что попытаюсь остаться?

Он рассмеялся. Так громко, что Ильке вздрогнула.

— Конечно нет. Потому что ты пообещаешь мне все, что угодно, чтобы выбраться отсюда.

Этот его смех заставил ее восстать. Она понимала, что так или иначе находится в его власти. У нее не было выбора, и с его стороны просто бессердечно лживо уверять ее в обратном.

— Ты прав, — холодно сказала она. — Не доверяй мне, Рубен. У меня сейчас только одно желание: быть от тебя как можно дальше.

— Знаешь, о чем я всегда думал? — спросил он. — О чем я тосковал больше всего все эти годы? О твоих волосах.

Он вообще не слушает ее?

— Какие они на ощупь. Как они пахнут. Я хочу написать твой портрет. Завтра, когда снова буду в форме. Хочу полностью сосредоточиться на твоем лице и волосах.

Он встал и посмотрел на нее сверху вниз.

— Нет! — Ильке выкрикнула это слово прямо ему в лицо.

Рубен грубо схватил ее за плечи. Его пальцы больно впились в тело.

— Ты будешь делать то, что захочу я, — сказал он и оттолкнул ее в сторону.