Книга Всё имеет свою цену, страница 220 – Лотте Хаммер, Сёрен Хаммер

— Все, у тебя их больше не осталось, я не могу нашарить ни единого волоса. Теперь ты не будешь больше меня кусать?

Полина Берг ей не ответила. Ощущая, что с левой стороны волосы все еще щекочут ей щеку, она запрокинула голову и, наклонившись теперь уже в другую сторону, стала тереться остатками прически о грубую, шероховатую стену бункера. Поскольку это причиняло ей едва ли не бóльшие страдания, чем прежде, вскоре она начала стонать от боли. Тем не менее она, не останавливаясь, все продолжала, продолжала и продолжала…

Лишь под конец ночи со вторника на среду Конраду Симонсену удалось наконец выкроить в своем графике пару часов на беспокойный сон. Он расположился в кресле прямо в своем кабинете. Сняв туфли и взгромоздив ноги на стол, он – для достижения большего комфорта и, в общем-то, скорее, по привычке – укрылся пиджаком на манер одеяла и захрапел. В пять утра его разбудил телефон. Один из инспекторов докладывал, что обнаружил свидетеля, допросить которого стоило бы Симонсену лично. Голос у инспектора был серьезный и усталый. Конрад Симонсен знал его как опытного сотрудника, который никогда не стал бы тревожить начальство понапрасну, тем более в столь неурочное время. Без тени недовольства он сразу же дал свое согласие на допрос, после чего уснул снова. Вскоре, однако, в дверь кабинета постучали; на пороге стоял тот самый инспектор в сопровождении женщины лет двадцати с небольшим.

Конрад Симонсен постарался как можно скорее прийти в себя. Заскочив на пять минут в туалет, он плеснул себе в лицо пригоршню холодной воды, которая как рукой сняла накопившуюся усталость. Возвращаясь в собственный кабинет, он уже чувствовал себя во всеоружии. Инспектор представил ему женщину:

— Это Юли Дениссен из Фредериксверка, она утверждает, что видела Андреаса Фалькенборга в понедельник вечером. Кроме того, у нее есть важная информация относительно его автомобиля.

Положив тонкую папку для рапортов на край стола, инспектор застыл в ожидании. Конрад Симонсен полистал папку и констатировал, что свидетельницу допрашивали уже дважды, причем оба раза в течение этой ночи. Он посмотрел на женщину:

— Не против обождать минутку снаружи?

Ему пришлось повторить это дважды, прежде чем она наконец поняла и покинула кабинет. Свою красивую пеструю сумку она тем не менее оставила. Главный инспектор отметил про себя, что походка у нее какая-то странная: создавалось такое чувство, что ее ноги и верхняя часть туловища движутся независимо друг от друга. Выйдя за дверь, женщина тщательно прикрыла ее за собой.

Как только они остались одни, инспектор спросил:

— Хочешь получить от меня резюме? Я понимаю, что ты зверски устал.

— Нет, я хочу знать, можно ли ей доверять. Точнее говоря, могу я исходить из того, что вы тщательно все проверили?

— Так тщательно, как только могли это сделать за ночь. Нет никаких оснований полагать, что она… того – в смысле психики.

— Ну, а сам-то ты что думаешь?

Ответ прозвучал уверенно:

— Она такая же нормальная, как ты и я. В противном случае я никогда бы тебя не потревожил.

Пробурчав что-то невнятное, Конрад Симонсен отослал инспектора и снова пригласил в кабинет женщину. Они уселись за стол друг напротив друга. В очередной раз полистав бумаги, главный инспектор констатировал: