Книга Тени прошлого, страница 18 – Джорджетт Хейер

— Какое странное невежество, – саркастически заметил Сен-Вир.

— Да, сударь.

Леон поднял глаза и твердо сказал:

— Не знаю, почему это вас интересует, сударь.

— Ты ведешь себя дерзко. Меня вовсе не интересуют крестьянские дети.

И граф пошел вверх по лестнице.

Вход в залу преграждала группа гостей, в которой самой заметной фигурой был герцог Эвон, одетый в камзол и жилет разного оттенка голубого цвета, с бриллиантовой звездой на груди. Сен-Вир минуту помедлил и коснулся широкого плеча герцога.

— Разрешите пройти, сударь…

Герцог повернулся, чтобы взглянуть, кто с ним заговорил. При виде Сен-Вира надменно поднятые брови опустились, и он поклонился графу с нарочитой учтивостью, которая сама по себе несла скрытое оскорбление.

— Любезный граф! А я уже и не надеялся, что мне выпадет счастье с вами здесь встретиться. Надеюсь, вы здоровы?

— Да-да, спасибо.

Сен-Вир хотел пройти мимо, но герцог по-прежнему стоял у него на пути.

— Как это, однако, странно, граф. Мы с Флоримоном только что говорили про вас – вернее, про вашего брата. А где сейчас милейший Арман?

— Мой брат, сударь, в этом месяце находится при дворе в Версале.

— Я вижу, ваша семья сейчас вся собралась в Версале, – улыбнулся герцог. – Надеюсь, вашему очаровательному сыну придворная жизнь по вкусу?

При этих словах человек, стоявший рядом с герцогом, хохотнул и сказал Сен-Виру:

— Виконт – весьма оригинальный человек, не так ли, Анри?

— Он еще очень молод, – ответил Сен-Вир. – И придворная жизнь ему вполне нравится.

Флоримон де Шантурель добродушно усмехнулся.

— Меня страшно позабавили его жалобы и вздохи. Он мне как-то сказал, что ему больше всего нравится жить в имении и что он хотел бы обзавестись там фермой.

По лицу графа скользнула тень.

— Мальчишеская фантазия. Когда он бывает в имении, его тянет в Париж. Прошу меня простить, сударь, – я вижу мадам де Маргери.

Он протиснулся мимо Эвона и направился к хозяйке дома.

— Наш друг всегда так восхитительно резок, – заметил герцог. – Порой даже удивляешься, почему ему это сходит с рук.

— Да, он часто бывает не в духе, – ответил Шантурель. – А иногда вполне мил в обращении. Но его не любят. Другое дело Арман. Какой веселый человек! Вы знаете, что они с графом враждуют?

Шантурель понизил голос, готовясь рассказать увлекательную сплетню.

— Любезный граф этого и не скрывает, – отозвался Эвон. – Многоуважаемый сударь! – воскликнул он и махнул рукой накрашенному и напудренному денди. – Сдается, я видел вас с мадемуазель де Соннбрюн. Не могу сказать, чтобы я разделял это ваше пристрастие.

Денди захихикал.

— Дорогой герцог. Как она одевается! Перед ней нельзя не преклоняться.

Эвон поднял монокль.

— Гм. Неужели в Париже совсем не осталось красивых женщин?

— Она вам не нравится? Разумеется, не все любят величавых женщин. – Он немного помолчал, наблюдая танцовщиц. Потом опять повернулся к Эвону: – Кстати, герцог, это правда, что вы обзавелись пажом необыкновенной внешности? Меня неделю не было в Париже, но, приехав, я тут же услышал, что за вами повсюду следует мальчик с огненно-рыжими волосами.

— Да, это правда, – ответил герцог. – Но я думал, что жгучий интерес к нему уже угас.

— Вовсе нет! Мне сказал про мальчика Сен-Вир. Говорит, с ним связана какая-то загадка. Это так? Паж, не имеющий фамилии.