Книга Тени прошлого, страница 56 – Джорджетт Хейер

Она подошла к девушке и одернула складки платья.

Леони опять посмотрела на свое отражение.

— Мне кажется, что я выросла, – сказала она. – А что случится, если я пошевелюсь, мадам?

— Как это? Что может случиться? – растерянно спросила Фанни.

— Может быть, что-нибудь лопнет, мадам? Я, например.

Фанни засмеялась.

— Какой вздор ты несешь! Оно так свободно зашнуровано, что того и гляди свалится у тебя с плеч. Нет, так поднимать юбку не полагается. Ты ни в коем случае не должна выставлять на обозрение ноги, детка. Это неприлично!

— Ба! – Леони подобрала юбки и осторожно прошла по комнате. – Нет, я обязательно лопну, – вздохнула она. – Я скажу монсеньору, что не могу носить женскую одежду. У меня такое чувство, будто меня посадили в клетку.

— Хватит повторять, что ты лопнешь! – взмолилась Фанни. – Это неподходящее слово для леди.

Леони, бродившая взад и вперед по комнате, остановилась.

— А разве я леди?

— Конечно! А кто же ты?

На щеке Леони в первый раз появилась озорная ямочка.

— Ну что еще? – с некоторым раздражением спросила Фанни. – Что тут смешного?

Леони кивнула.

— Ну, конечно, мадам. И непонятно. – Она повернулась к зеркалу и поклонилась своему отражению. – Bonjour, Mademoiselle de Bonnard! Господи, до чего она нелепо выглядит!

— Кто? – спросила Фанни.

Леони презрительно показала пальцем на свое отражение.

— Да это дурацкое создание в зеркале.

— Но это же ты сама!

— Нет, – убежденно сказала Леони. – Этого не может быть.

— От тебя с ума можно сойти! – вскричала Фанни. – Я наряжаю ее в свое самое красивое платье – да, самое красивое, хотя мне оно и вправду не идет, – а ты говоришь, дурацкое!

— Да нет же, мадам! Это не платье дурацкое, а я сама выгляжу по-дурацки. Можно мне хоть сегодня походить в моих штанах?

Фанни заткнула уши.

— И слушать не хочу. Умоляю – не произноси это слово при Эдварде!

— Эдварде? Ба, ну и имечко! Кто это такой?

— Это мой муж. Он прекрасный, добрый человек, но мне делается плохо при одной мысли, что с ним будет, если ты в его присутствии заговоришь о штанах! – Фанни засмеялась. – Как это будет весело – покупать тебе платья. Я так благодарна Джастину за то, что он тебя ко мне привез! И что, интересно, скажет Руперт!

Леони отвела взгляд от зеркала.

— Это брат монсеньора, да?

— Жуткая личность, – кивнула Фанни. – Совершенно полоумный. Хотя мы, Элистеры, все немного помешанные. Ты это заметила?

В больших глазах Леони запрыгали чертики.

— Нет, мадам.

— Как нет? И ты прожила с… у Эвона три месяца!

Фанни закатила глаза. Но тут где-то внизу раздался звук закрываемой двери, и она встрепенулась.

— Это Эдвард вернулся. Пойду-ка я вниз и… и поговорю с ним, а ты пока отдохни. Бедная девочка, ты, наверно, страшно устала.

— Н-нет, – сказала Леони. – Вы хотите сказать мистеру Марлингу про меня, да? Но если ему это не понравится, – а мне что-то не верится, что понравится, – то я могу…

— Ерунда! – слегка покраснев, отмахнулась Фанни. – Ничего такого и быть не может, уверяю тебя, дорогая. Эдвард будет счастлив, и не сомневайся, глупая девочка. Чтобы я да не смогла обвести Эдварда вокруг пальца! Просто я хотела, чтобы ты отдохнула. Тебе обязательно надо отдохнуть. Ты, наверно, с ног валишься от усталости. И не спорь со мной, Леони!

— Я и не спорю, – справедливо заметила Леони.