Книга Арабелла, страница 123 – Джорджетт Хейер

— Возможно, вам придется немного подождать, сэр, прежде чем я смогу вернуть вам мой долг, – совершенно спокойно сказал он мистеру Бюмарису. – Я… я не являюсь клиентом ни одного банка в Лондоне, и поэтому мне придется послать за деньгами в Йоркшир!

«И что мне теперь делать? – подумал мистер Бюмарис. – Сказать мальчишке, что могу использовать его расписки разве что как салфетки для бритья? Нельзя: он устроит здесь трагедию. Кроме того, страх может пойти ему на пользу».

— Я никуда не спешу, мистер Энсти, – сказал мистер Бюмарис. – Завтра я уезжаю из города, и дней пять – семь меня не будет. Приезжайте ко мне домой, скажем, в следующий четверг. Вас проводят ко мне. Где вы остановились?

— В «Ред-Лайн», сэр, – автоматически ответил Бертрам. – Это в Сити, сэр.

— Роберт! – позвал Флитвуд из другого конца комнаты, где они с мистером Воквортом о чем-то оживленно спорили. – Роберт, подойдите и помогите мне! Роберт!

— Да, сейчас, одну минутку! – отозвался мистер Бюмарис. Он на секунду задержал Бертрама. – Не забудьте! В четверг я вас жду.

Мистер Бюмарис, решив, что ничего больше говорить не стоит, поскольку вокруг них были люди, а кроме того, было понятно, что гордость мальчишки не позволит ему спокойно отнестись к заявлению, что его карточные долги можно предать забвению.

Но когда мистер Бюмарис некоторое время спустя вернулся домой, он все еще ухмылялся. Скакавший и извивавшийся перед хозяином Улисс, решив, что его горячее приветствие не воспринимается должным образом, гавкнул на мистера Бюмариса. Мистер Бюмарис наклонился и рассеянно погладил собаку.

— Тише! – приказал он. – Я не в том настроении, чтобы нормально реагировать на эти твои порывы чувств! Помнишь, я говорил тебе, что ты вряд ли будешь самым тяжелым камнем на моей шее? Я оказался прав. Хотя, думаю, стоило успокоить мальчишку. Мало ли, что он там выкинет, не разберешь ведь, что у этих юнцов на уме. И мне не понравилось это выражение его лица. Думаю, у него не осталось ни гроша. С другой стороны, черта с два выйду из дому в столь поздний час! Ну, промается всю ночь, подумает. Ничего страшного с ним не случится.

Мистер Бюмарис взял со столика в холле подсвечник и, проследовав в свой кабинет, поставил его на стол возле окна. Увидев, что хозяин сел и открыл чернильницу, Улисс выразил свои чувства, громко зевнув.

— Можешь не ждать меня! – сказал ему мистер Бюмарис, макнув перо в чернила и пододвинув к себе лист бумаги.

Улисс шлепнулся на пол, жалобно поскулил, потом вспомнил, что забыл кое-что сделать, и рьяно принялся вылизывать передние лапы.

Мистер Бюмарис быстро черканул пару строчек, посыпал бумагу песком, стряхнул его и уже собрался сложить письмо, но вдруг замер. Улисс с надеждой посмотрел на хозяина.

— Да, сейчас, одну минутку, – пробормотал мистер Бюмарис. – Если он уже влез в долги…

Мистер Бюмарис положил письмо, достал из внутреннего кармана толстый кошелек и вынул из него купюру в сто фунтов. Завернув ее в письмо, он запечатал его сургучом и написал адрес. Затем поднялся и, к облегчению Улисса, направился в спальню. Улисс каждую ночь спал на коврике перед дверью, и каждое утро, для поддержания формы, соревновался с мистером Пайнсвиком, кто быстрее добежит по лестнице и первым войдет в священные апартаменты мистера Бюмариса. Мистер Бюмарис обнаружил, что его камердинер все еще ждет его, с интересным сочетанием обиды, служебного долга и долготерпения на лице. Мистер Бюмарис отдал письмо мистеру Пайнсвику.