Книга Арабелла, страница 99 – Джорджетт Хейер

Мистер Тэллант стал яро отрицать всякую связь, сказав, что Арабелла ему не по зубам. Мистер Бюмарис никак это не прокомментировал и спросил, где Бертрам остановился. Бертрам не видел ничего зазорного в том, чтобы раскрыть место его пребывания, и даже сказал мистеру Бюмарису, что это его первый визит в столицу.

Мистер Джек Карнаби считал несравненного мистера Бюмариса высокомерным и неприветливым человеком, но Бертрам не увидел в манерах мистера Бюмариса ни малейшего намека на высокомерие или неприветливость. Близкие друзья мистера Бюмариса могли бы поведать Бертраму, что тот, в зависимости от настроения, мог относиться к людям с явным пренебрежением, а мог и с редкой симпатией. Очень скоро от застенчивости Бертрама не осталось и следа, и он стал рассказывать своему потрясающему новому знакомому то, о чем вовсе не собирался говорить. Будучи хорошим наездником, мистер Бюмарис похвалил, как Бертрам держится верхом, и этот комплимент разрушил все барьеры, отделявшие мистера Тэлланта от виновника затруднительного положения его сестры. Бертрам описал угодья, где он охотился, указал точное местоположение Хейтрама и поведал все свои несбыточные мечты. Мистер Бюмарис настолько искусно вытягивал информацию, что у молодого человека не возникло ни малейшего подозрения, что на самом деле его допрашивают. Бертрам рассказал своему собеседнику о своем поступлении в Оксфорд, о надеждах пойти на службу в министерство внутренних дел, а когда тот спросил, уж не собирается ли он баллотироваться в парламент, Бертрам выложил и свое самое сокровенное желание.

— Но вряд ли у меня что-то получится, – тоскливо закончил Бертрам. – Больше всего в жизни мне хотелось стать кавалеристом!

— Думаю, из вас получится отличный кавалерист, – подбодрил его мистер Бюмарис и поднялся, так как мистер Скантгорп вернулся к столику Бертрама. – А пока поберегите себя и постарайтесь, чтобы ваш первый визит в Лондон обошелся без приключений!

Мистер Бюмарис кивнул мистеру Скантгорпу и удалился, а Феликс принялся горячо описывать другу, какой чести тот только что удостоился.

Спустя пару часов мистер Бюмарис вернулся домой. В дверях его поджидал хвостатый обожатель.

— Если бы ты действительно понимал меня, Улисс, – сказал мистер Бюмарис собаке, усмиряя ее радость, – то встречал бы соболезнованиями, а не этим совершенно неуместным восторгом.

Улисс заметно поправился, а хвост и вовсе завязался в крючок. Собака благоговейно растянулась перед своим богом и идолом и ободряюще гавкнула. Затем она опрометью бросилась к двери в библиотеку, очевидно приглашая своего хозяина туда проследовать и там перекусить. Брум заботливо помог мистеру Бюмарису снять плащ, принял у него шляпу и перчатки, заметив, какая все же Улисс умная собака.

— Нет, это просто потрясающе! Я не могу выносить присутствия этой дворняги в моем доме, а мои слуги, оказывается, его одобряют! – раздраженно воскликнул мистер Бюмарис. – У меня нет слов.

Брум служил у мистера Бюмариса уже очень долго и хорошо знал своего хозяина.

— Если бы я был уверен, сэр, что вы действительно хотите его выгнать, – сказал он, позволив себе выдавить нечто вроде улыбки, – то непременно исполнил бы ваше пожелание. Хотя пес настолько предан вам, что ни за что бы не ушел, не говоря уж о том, что у меня рука бы не поднялась выгнать собаку, которая так ведет себя с Альфонсом!