Книга Зачет по личному делу 1, страница 42 – Мари Скай

— Да, — прошептала я хрипло. — Да, войди.

Он вошёл медленно, осторожно, давая мне привыкнуть к двойному заполнению. Два члена — в анусе и во влагалище. Одновременно. Полные, абсолютные.

Я закричала. Не от боли — от переполнения. Ощущение было невероятным — каждое отверстие занято, каждая клеточка тела принадлежит им. Я чувствовала их одновременно — Дениса сзади, Артёма внутри, Марка надо мной.

Они двигались синхронно. Денис и Артём — в унисон, входя и выходя одновременно, как будто одно существо с двумя телами. Марк — в моём рту, в том же ритме, и я сосала его, теряя счёт времени.

Я теряла себя. Растворялась. Исчезала.

— Сейчас, — простонал Марк, выходя из моего рта. Его лицо было искажено усилием, на лбу выступила испарина. — Я сейчас.

— Я тоже, — выдохнул Денис, его дыхание стало рваным, движения — более резкими.

— И я, — отозвался Артём, и я почувствовала, как его член пульсирует внутри меня.

— Кончай, Алина, — приказал Марк, сжимая мои волосы в кулаке. — Кончай с нами. Сейчас.

И я кончила. Волна накрыла с такой силой, что мир взорвался белым светом. Я потеряла сознание на секунду — или на вечность. В ушах шумело, перед глазами плыли круги. Я чувствовала, как Денис и Артём кончают в меня одновременно, горячими толчками, наполняя меня изнутри. Как Марк кончает мне на спину, разбрызгивая сперму, оставляя горячие следы на коже.

Я рухнула на ковёр, тяжело дыша, не в силах пошевелиться. Вся мокрая — от пота, от слюны, от спермы. Внутри пульсировало, вытекало, и я не могла остановить эту дрожь.

Они легли рядом. Марк — справа, Денис — слева, Артём — в ногах. Ковёр был тёплым от наших тел, камин всё ещё горел, и комната пахла сексом, потом и воском.

— Ты как? — спросил Денис, убирая слипшиеся волосы с моего лица. Его голос был мягким, почти нежным.

— Я… я не знаю, — прошептала я. Губы распухли, горло саднило. — Это было… слишком.

— Хорошее слишком? — усмехнулся Марк. Он лежал на спине, глядя в потолок, и его грудь тяжело вздымалась.

— Лучшее, — призналась я, и они оба рассмеялись — тихо, устало.

Артём промолчал, но его рука легла на мою щиколотку, сжала, и это пожатие сказало больше, чем любые слова.

Мы лежали на ковре, глядя на огонь в камине. Тишина была тёплой, уютной, как одеяло. Полено прогорело, рассыпавшись красными угольками, и свет стал мягче, приглушённее.

— Я хочу, чтобы вы кое-что знали, — сказала я, глядя на пляшущие языки пламени.

— Что? — спросил Артём.

— Я никогда не была так счастлива, — слова выходили медленно, будто я пробовала их на вкус. — Никогда. Даже когда вы меня бесите, когда я ревную, когда мы ссоримся — я всё равно счастлива. Потому что вы есть. Потому что я просыпаюсь и знаю: где-то в мире есть вы трое. И это меняет всё.

— Мы тоже, — ответил Марк. Он повернул голову, и я увидела его профиль — чёткий, как вырезанный из камня. — Я думал, что знаю, что такое счастье. Дорогие машины, деньги, девушки на одну ночь. Я был уверен, что это оно. Но это всё ерунда. Игрушки. Настоящее счастье — это ты. Это мы.

— Четверо, — добавил Денис. Он переплёл свои пальцы с моими, и я почувствовала тепло его ладони. — Одно целое. Не знаю, как это называется — любовь, безумие, судьба. Но это работает. И это единственное, что имеет значение.