Книга Тень против света, страница 156 – Сира Грин

Нас проводили на второй этаж, в зал для церемоний. Огромное пространство, залитое мягким светом, встретило нас гулкой пустотой: здесь были только мы двое и регистратор — женщина с короткой стрижкой и лицом, не выражающим ровным счётом ничего.

Зазвучала негромкая, тягучая мелодия, эхом отражаясь от высоких сводчатых потолков. Женщина начала монотонно зачитывать положенные формулы, и её голос сливался в моей голове в неясный шум дождя. Я невольно повернул голову, разглядывая Аниту.

Она стояла рядом, глядя строго перед собой, и её профиль казался безупречным изваянием, высеченным из холодного мрамора. Взгляд её был на удивление безмятежным — ни тени прежнего раздражения, ни искр злости. На мгновение мне почудилось, что в уголках её губ заиграла едва уловимая, призрачная улыбка, и моё сердце предательски пропустило удар. Но стоило ей перевести взгляд на меня, как наваждение мгновенно рассеялось, сменившись привычной ледяной дистанцией.

Голос регистратора окончательно вырвал меня из вязкого оцепенения, заставив сфокусироваться на суровой реальности момента.

— Является ли ваше желание вступить в брак искренним, свободным и глубоко обдуманным? — Женщина смотрела прямо на меня, ожидая положенных по протоколу слов, которые должны были скрепить нашу ложь.

Я невольно перевёл взгляд на Аниту. Она тоже смотрела на меня — испытующе, не мигая, словно безмолвно бросала вызов: хватит ли мне духу довести этот безумный спектакль до финального акта? В этот миг всё внутри меня истошно кричало о том, что нужно остановиться. Сказать ей правду прямо здесь, под торжественными сводами этого зала. Признаться, что я нагло, беспардонно соврал; что этот союз — лишь плод моего эгоистичного, болезненного желания удержать её рядом, не имеющий ровным счётом никакого отношения к охоте на Эрио.

Пауза затянулась, становясь почти невыносимой, звенящей от невысказанного напряжения.

— Да, — первой нарушила тишину Анита, резко оборачиваясь к регистратору. В её голосе промелькнуло явное, острое нетерпение: видимо, её порядком утомила эта напыщенная торжественная тягомотина и фальшь ситуации.

Регистратор едва заметно улыбнулась, удовлетворенная ответом, и вновь перевела выжидающий, тяжёлый взгляд на меня.

— Да, — повторил я, на этот раз куда увереннее. К чему теперь эта запоздалая трусость? Я сам заварил эту кашу, сам шёл к этому алтарю два часа назад, не колеблясь ни секунды. Жребий был брошен.

Нам поднесли кольца — те самые, из холодного белого золота, которые я в лихорадочной спешке выбирал в ювелирной лавке. Заметив их, Анита скептически вскинула бровь и коротко, почти неслышно хмыкнула, но мгновенно вернула лицу маску официальной невозмутимости.

Я взял изящный ободок, гадая, не промахнулся ли с размером в этой суматохе. Когда она протянула мне свою узкую ладонь, я почувствовал, как мои пальцы предательски и жалко дрогнули. Волна необъяснимого, почти детского волнения накрыла меня с головой, выбивая почву из-под ног. И это сейчас?! После всех битв, порталов и смертей, что мы оставили за спиной?

— Не волнуйся так, сладкий, я тебя не укушу… — нежным, почти медовым голосом пропела Нита, склонив голову набок.

Но я видел, как в глубине её небесно-голубых глаз вспыхнул опасный, ехидный огонёк. Этот взгляд красноречиво обещал: если я промедлю в этом ступоре ещё хоть секунду, мой следующий полет в стену окажется куда болезненнее и унизительнее предыдущего.