Книга (не) Желанная. Сапфировая герцогиня, страница 72 – Ирэна Рэй

— Вероятно, увлекательная была игра, — продолжила Риченда. — Но и она вам скоро наскучила. Вы получили, что хотели, а я превратилась в ненужную вещь, которую можно выбросить за ненадобностью. И знаете, я даже могу понять ваше желание избавиться от меня, но ребёнок… — горло перехватило от жаркой злости, и Риченда замолчала, пугаясь звучания собственного голоса и смысла произносимых слов.

В кабинете повисла тишина. Гнетущая. Пугающая.

— Что?.. — голос Рокэ был тих и угрожающ, а на дне синих глаз плескалась чистая, ничем не прикрытая ярость, такая, что Риченде стало страшно.

Она попятилась назад, но, сделав лишь пару шагов, упёрлась спиной в стену. Алва преодолел разделявшее их расстояние за пару секунд и грозно навис над ней.

Казалось, стены кабинета вдруг резко сжались, а Ворон занял своей высокой тёмной фигурой всё пространство. Куда бы Риченда ни пыталась боязливо перевести взгляд, там оказывались его руки, напряжённая шея, искажённое гримасой ярости лицо.

— Что ты сказала?! — пальцы впились ей в плечо, сомкнулись на шее.

Риченда с ужасом взглянула в его глаза. Бездна… чёрная злая бездна, полная решимости и гнева. Она не была уверена, что он вообще сейчас что-то соображает.

Беззвучно открывая рот, словно выброшенная на берег рыба, она вцепилась в его руку в безуспешных попытках вырваться и, когда он резко отпустил её, она едва удержалась на ногах.

Риченда ошалело застыла, испуганно распахнув глаза, голос не повиновался ей, губы отказывались двигаться.

Алва шумно выдохнул, его челюсти плотно сжались, словно он сдерживал слова, что хотели вырваться из его груди, напряжённый взгляд смотрел будто сквозь нее. Герцог шагнул к двери и распахнул её настежь.

— Хуан!

Суавес появился на пороге через мгновение.

— Проводи герцогиню в её комнаты и запри дверь, — распорядился Рокэ и, не взглянув на Риченду, подошел к окну и открыл тяжёлые створки. В комнату тут же ворвался ветер, сквозняком сметая листы бумаг со стола и задувая свечи.

Риченда наконец стряхнула с себя накатившее оцепенение и посмотрела на мужа.

Он стоял недвижимо, его застывшая фигура, ещё более тёмная на фоне окна, представляла резкий контраст с развевающимися волосами, которые метались из стороны в сторону под порывами ветра.

Сознание своей вины перед ним, словно нож, ударило её под рёбра. То, как он отреагировал на её обвинение, было красноречивее любых слов. Она ошиблась!

— Рокэ…

— Уходите, — бросил он, казалось бы, бесцветным голосом.

— Рокэ, прошу…

— Убирайтесь!

Риченда вздрогнула. Она никогда не слышала, как он кричит. И это было во сто крат страшнее сжимающихся на шее пальцев.

...Взявшись за костяной шар, служивший ручкой, Хуан чуть помедлил, как если бы хотел что-то сказать, но потом решительно распахнул дверь спальни и тут же отступил в сторону, пропуская герцогиню.

Манжет рубашки приподнялся, обнажив кожу, и Риченда, перешагнув порог, замерла, не в силах отвести взгляда от страшного шрама, пересекающего ладонь и уходящего к запястью. Но поразил её вовсе не ужасный след, оставленный, вероятно, даже не шпагой, а скорее, саблей или ножом. Риченда могла поклясться, что когда-то уже видела его, но не в этом доме.

Потускневшие от времени воспоминания ожили, оставшиеся в прошлом события вернулись, выплеснув давно забытые чувства и переживания. Герцогиня Алва ненадолго исчезла, растворившись в юной герцогиня Окделл.