Книга Срочно замуж! или Демон в шоке, страница 22 – Елена Амеличева

— Я просто много думала.

— О чём?

— О жизни.

Тетушка Агата хмыкнула. Звук вышел сухим, но в уголках глаз дрогнули лучики морщин - почти улыбка.

— Жизнь подождёт. А сон нет. - Похлопала меня по руке. Ладонь у неё была тёплая, сухая, с жёсткими мозолями от перстней. - Береги себя, Вивьен. Ты у нас одна такая.

Она ушла. В коридоре запахло лавандой, сладко, чуть приторно, и лёгким чувством вины, которое всегда оставалось после тётиных нотаций.

Я повернулась к Тео.

— Ну?

Брат вздрогнул, будто я его ударила.

— Я всё уберу, - выпалил быстро. - Честно. Клянусь.

— Ты клялся в прошлый раз. - Я скрестила руки на груди, припечатала взглядом. - И в позапрошлый. И когда спалил кабинет отца.

— То было образовательное возгорание! - возмутился он, но без прежнего пыла.

— Тео.

Он вздохнул - глубоко, обречённо - и поплёлся собирать осколки. Стекла хрустели под ногами, пахло разлитыми реактивами - резко, химически, чуть сладковато. Я смотрела на него и думала, что, наверное, именно так выглядят матери, у которых слишком много детей и слишком мало терпения.

Тео был младшим. Самым бедовым. Самым непослушным. И самым любимым.

Ему было семнадцать. Он хотел изменить мир. Пока у него получалось только поджигать его по частям.

— Помощь нужна? - спросила я.

— Не-а, - буркнул, не оборачиваясь. Спина напряжена, плечи вздёрнуты - обиделся. - Я сам.

Сам так сам. Я кивнула и вышла.

В коридоре было тихо. Бартоломью наконец наладил конвейер из горничных, и хаос отступил, сменившись деловой суетой. Пахло воском для мебели, свежими цветами из оранжереи и чуть-чуть выпечкой из кухни. Где-то наверху хлопнула дверь - отец? Или просто сквозняк потянул старые рамы?

Я поднялась к себе, намереваясь хотя бы причесаться - волосы растрепались, выбились из пучка и лезли в лицо, но не успела.

— Вивьен!

Голос разнёсся по всему особняку. Он отразился от сводов, ударился о хрустальную люстру в холле, заметался между стенами и вернулся ко мне многократным эхом - гулким, радостным, бешеным.

Я замерла перед зеркалом.

— Гидеон?

Старший брат ворвался в холл, сметая на своём пути плохо закреплённые предметы интерьера. Тяжёлые шаги грохотали по паркету, ваза на консоли жалобно звякнула, картина на стене дрогнула и перекосилась.

Гидеон. Широкоплечий, темноволосый, с тяжёлой челюстью и глазами навыкате - он всегда напоминал мне сенбернара, который искренне считает себя маленькой болонкой. Сейчас сенбернар был взлохмачен, грязен и пах, как конюшня после долгой скачки.

— Вив! - Подлетел ко мне, схватил за плечи и начал бешено оглядывать со всех сторон. От него разило лошадиным потом, дорожной пылью и чем-то кислым - то ли немытым телом, то ли страхом. - Ты цела? Жива? Тебя не пытали? Не прокляли? Не обратили в демона?

— Что? Нет! Гидеон, дыши!

— Я не могу дышать! - Голос срывался на фальцет. - Я три дня в дороге гнал лошадей! Я спал в седле! Я питался всухомятку! - Он сжал мои плечи так, что кости хрустнули. - Я думал, что по приезде увижу пепелище и твой призрак!

— Мой призрак предпочёл бы более комфортное обиталище, - заметила я, высвобождаясь из его медвежьих объятий. Ладони у него были горячие, липкие, дрожащие. - И вообще, от тебя пахнет конюшней.

— Это аромат тревоги! - возразил он с таким искренним негодованием, что я едва сдержала улыбку.