Книга Замуж за чудовище. Право первой ночи в обреченном королевстве, страница 28 – Юлий Люцифер

Замок показывал мне чужие следы.

Или вещи помнили.

Или я сходила с ума все качественнее.

Я вышла из комнаты и захлопнула дверь чуть сильнее, чем стоило.

Следующая была заперта.

Третья справа — тоже.

Четвертая открылась с тихим скрипом, будто нехотя.

Эта комната была меньше. Почти аскетичной. На кровати — серое покрывало без кружев. У стены — сундук. На подоконнике — засохшие ветви каких-то белых цветов. А на стене, прямо над письменным столом, остались царапины.

Много.

Не случайных.

Слова.

Я подошла ближе.

Некоторые буквы расползлись, будто их выцарапывали дрожащей рукой.

не верь тем кто просит молчать

Ниже:

маска не самое страшное

Еще ниже, почти под столом:

если он придет без нее беги

У меня заледенели руки.

Я перечитала медленно.

Раз. Другой. Третий.

Те же слова, тот же страх, та же цепочка — маска, молчание, приход без нее.

Я опустилась на корточки, чтобы рассмотреть царапины внизу.

Там, совсем у пола, едва виднелось другое:

Я сама открыла дверь

По спине прошел холод.

Не от мистики.

От человеческой интонации в этих словах.

Не «он вошел». Не «меня заставили». Не «мне приказали».

Я сама открыла дверь.

То есть здесь была не только жертва.

Здесь была ошибка.

Или выбор.

За спиной тихо щелкнул замок.

Я обернулась так резко, что едва не упала.

В дверях стоял Каэль.

Белая маска, темный камзол, руки сложены за спиной.

Спокойный.

Слишком спокойный для мужчины, который только что поймал меня в запретном крыле среди следов мертвых невест.

— Ты не умеешь слушаться, — сказал он.

— А вы не умеете объяснять. Мы квиты.

Он закрыл дверь.

Щелчок прозвучал слишком отчетливо.

Я медленно поднялась на ноги.

— Не подходите ближе.

— Почему?

— Потому что вы появились у меня за спиной в комнате, где на стене написано «если он придет без нее, беги», а я еще не решила, насколько доверяю вашему чувству юмора.

Он перевел взгляд на стену.

На секунду.

Потом снова на меня.

— Значит, нашла это.

— Нашла. И ту комнату с кровью. И гребень. И чужие голоса. Хотите еще список?

Он молчал.

И меня вдруг взорвало.

— Две женщины умерли, одна сбежала, весь ваш замок делает вид, что это не чудовищно, а просто досадная цена за какой-то предел, а вы еще смеете оставлять эти комнаты запертыми, как будто прошлое можно сложить в шкаф и забыть!

Он стоял неподвижно.

— Закончилa?

— Нет.

Я сделала шаг к нему.

— Почему их вещи здесь? Почему стены до сих пор помнят? Почему никто не сказал мне, что я иду по следам тех, кого ваш ритуал не смог спасти?

— Потому что я не собирался пускать тебя сюда.

— Великолепный план. Почти сработал.

— А ты не должна была чувствовать комнаты так быстро.

Я застыла.

— Что?

— Обычный человек не слышит отпечатки в вещах с первого касания.

— Я уже заметила, что в вашем замке слово «обычный» используют исключительно как угрозу.

Он чуть наклонил голову.

— Что ты слышала от гребня?

Меня перекосило.

— То есть вас не волнует, что я влезла туда, куда нельзя? Только что именно я успела вытащить из ваших прекрасных мертвых сувениров?

— Меня волнует и это. Но первое уже случилось.

Сволочь. Рациональная, ледяная, невозможная сволочь.

— Женский голос, — сказала я сквозь зубы. — Сказал: «Он не убил меня. Он просто не успел». И еще кто-то крикнул не трогать маску.

Каэль замер.

Едва заметно.