Книга Замуж за чудовище. Право первой ночи в обреченном королевстве, страница 54 – Юлий Люцифер

Якорь в ладони вспыхнул почти болью.

— Нет, — резко сказал Каэль.

Он уже был рядом.

Слишком быстро.

Его ладонь легла мне на затылок, вторая — на мое запястье с якорем.

— Дыши.

Я хотела сказать, что и так дышу.

Не смогла.

Потому что часовня исчезла.

Белый свет ударил из круга.

Я увидела что-то огромное по ту сторону, не формой — ощущением. Как если бы в темноте вдруг открылся глаз размером с небо.

И этот глаз смотрел не на Каэля.

На меня.

Я рвано вдохнула.

И в этот момент он поцеловал меня.

Не как мужчина, который берет.

Как человек, который в последнюю секунду перекрывает пропасть собой.

Жестко. Коротко. Почти яростно.

И весь белый свет вдруг провалился назад, словно кто-то захлопнул дверь.

Часовня вернулась ударом сердца.

Камень. Свечи. Холод.

Его ладонь у меня на затылке.

Моя рука в его пальцах.

И тишина, от которой я едва не задохнулась снова.

Он отстранился первым.

На долю секунды.

Не дальше.

Я смотрела на него, не в силах пошевелиться.

— Что… — выдохнула я.

Голос сорвался.

Каэль тоже дышал чуть тяжелее обычного.

Впервые.

— Предел уже полез через тебя, — сказал он хрипло. — Я закрыл отклик.

— Поцелуем?

— Да.

У меня внутри вспыхнуло сразу все.

Злость.

Страх.

Жар.

Унижение.

И что-то еще, самое опасное.

Потому что это не было ошибкой.

Не было.

Я знала это прежде, чем он сам успел бы солгать.

— Вы… — начала я.

И не договорила.

Потому что теперь уже точно не понимала, что страшнее: проклятие первой ночи или тот факт, что его поцелуй только что сработал как приговор.

Я ударила его раньше, чем успела подумать.

Ладонью.

Резко.

По щеке — точнее, по маске, потому что, конечно, именно она приняла удар за него и за все, что между нами только что произошло.

Звук получился сухой, почти металлический.

Иара у двери даже не вздрогнула.

Как будто чего-то подобного и ждала.

Каэль тоже не отшатнулся.

Только очень медленно отпустил мою руку.

Потом убрал ладонь с моего затылка.

И сделал шаг назад.

Один.

Ровно настолько, чтобы я снова могла дышать как человек, а не как женщина, которую только что выдернули из белого света чужим ртом.

— Не смейте, — сказала я.

Голос у меня был хриплый. Слишком тихий. Совсем не такой, каким я хотела его слышать.

Я прочистила горло.

Повторила жестче:

— Никогда больше не смейте делать это без моего разрешения.

Он стоял напротив, все такой же высокий, темный, с белой маской, из-за которой любой другой на его месте выглядел бы трусом.

А он выглядел опасно живым.

— Хорошо, — сказал он.

Меня это взбесило сильнее, чем если бы он начал спорить.

— И это все?

— Нет.

— Тогда продолжайте.

— Если бы я не сделал этого сейчас, — произнес он ровно, — Предел зацепился бы за тебя глубже. У меня были секунды.

— Значит, в следующий раз ищите другой способ.

— Найду, если будет время.

— Нет. Не «если». Найдете.

Иара тихо сказала:

— Миледи.

Я резко повернулась к ней.

— Что?

— Сядьте.

— Не хочу.

— Это не просьба из вежливости. У вас руки дрожат так, что еще немного — и вы упадете.

Проклятье.

Я только сейчас заметила, что действительно дрожу.

Не красиво. Не изящно. По-настоящему. Как после сильного холода или сильного страха — когда тело уже поняло, что пережило, а голова еще пытается делать вид, что держится.

Я опустилась на скамью.

Медленно.