Книга Опозоренная невеста лорда-дракона, страница 29 – Рута Даниярова

— Где твой браслет, Лилиана? — глухо спрашивает он.

Я молчу. Слова застревают в горле ледяным комом. Я ни за что не предам Илиаса.

— У тебя его украли? Продала? Потеряла? Отдала кому-то? — Его голос становится тише, вкрадчивей, но от этого лишь усиливается ощущение смертельной опасности. — Скажи мне правду, Лилиана, и я, быть может, прощу тебе эти дешевые бусы.

Эш Эмберт наклоняется ближе, его дыхание будто обжигает мое лицо.

— Это не просто золото, Лилиана. Это родовой браслет, в нем кровь моих предков. Что ты с ним сделала?

Я молчу.

По лицу мужчины пробегает тень. Темный зрачок на мгновение вытягивается, становясь вертикальным, напоминая о страшном звере.

— Ответь мне! — требует он, и его пальцы сильнее сжимают мой подбородок.

Я пытаюсь вырваться, и он вдруг сам отводит руку и хрипло произносит:

— Я не хочу причинять тебе боль, Лилиана. Но я узнаю правду. И будь уверена: те, кто помогал тебе, будут сурово наказаны.

А затем дракон в человеческом обличье распахивает дверь кабинета и громко зовет:

— Господин барон!

Дядя Симус тут же заглядывает, будто поджидал за дверью.

— Милорд Эмберт?

— Позовите храмовника, пусть проведет обряд.

— Вы… вы по-прежнему хотите жениться на ней, милорд? — растерянно бормочет дядя.

— Я дорожу своим словом, — голос дракона звучит надменно. — И я его сдержу.

Вскоре в кабинет шаркающей походкой входит храмовник — худой старик в красном парчовом облачении. К нему присоединяются дядя с тетей и два широкоплечих кузена Эмберта. Они застывают в дверях, как изваяния.

Храмовник торопливо и неразборчиво бормочет слова брачного ритуала. Слова, которые должны быть священными, звучат для меня как насмешка. Любовь…защита…семейный очаг…. А под конец старик завершает:

— Вручаю тебе, Эйгар эш Эмберт, эту женщину, Лилиану Монтейн. Отныне и навеки она твоя. Да не разделят вас светлые и темные боги!

Он поворачивается ко мне, и его старческие бесцветные глаза прищуриваются. Он понимает, что никто в этой комнате не выглядит счастливым.

— Вручаю тебе, Лилиана Монтейн, этого мужчину, Эйгара эш Эмберта. Отныне и навеки он твой…

«Твоя». Словно я вещь, которую передали из рук в руки. Значит, теперь я принадлежу ему? Моё тело, моя душа, моя жизнь?

Я стою, склонив голову, в оцепенении. Зачем я лорду Эмберту? Что он найдет во мне, кроме отчаяния и моего страха?

— Можете поцеловать жену, милорд, — лепечет храмовник, понимая, что в этой комнате никто не выглядит счастливым.

Дракон награждает его тяжелым взглядом, не двигаясь с места. Старик пятятся и уходит, стараясь сохранить остатки достоинства.

«Он сказал про наказание. Что со мной будет?» — проносятся мысли в моей голове.

Лорд Эмберт, теперь уже мой муж, берет меня за руку и ведет за собой.

Мы выходим на улицу, дядя Симус торопливо семенит сзади.

— Вы останетесь на пир, милорд? — его голос дрожит.

— Нет. Мы немедленно уезжаем, господин барон. Извинитесь за нас перед гостями. Скажите, нам не терпелось начать медовый месяц, — его слова обжигают насмешкой.

— Хорошо, милорд, — заносчивый дядя чуть ли не кланяется. — Прикажете принести ее вещи?

— Там, куда мы едем, моей жене не понадобятся красивые платья.

Я чувствую на себе чей-то взгляд, оборачиваюсь и вижу Беатрису. Она стоит на крыльце, обхватив себя руками за плечи. Нежная, как первый весенний цветок, который распускается в Предгорье под солнечными лучами. Навернякак она была бы счастлива оказаться на моем месте.