Книга Зеленая ведьма: Сад для дракона, страница 67 – Аурелия Шедоу

Она взяла меня за руку. Её пальцы дрожали от усталости, но хватка была твёрдой. Через прикосновение, через нашу связь, лихорадочно пульсирующую после боя, ко мне хлынула не только её усталость, но и непоколебимая решимость. И странное, новое чувство — не страх перед следующей битвой, а уверенность в том, что мы её выдержим. Вместе.

Мы выиграли сегодня. Но война за Сердце Пиков, за наше будущее, только началась. И мы оба это понимали.

Каэльгорн

Тишина после битвы была особой. Не мирной, а приглушённой, как будто сам воздух устал и зализывал раны. В Сердце Пиков кипела работа: маги запечатывали разломы, стража уносила тела погибших горлумнов, лекари помогали раненым. Но в центре этого организованного хаоса стояли мы с ней — два островка в море усталости и адреналина.

Я всё ещё чувствовал в пальцах отзвуки моей мощи, а в сознании — эхо её зелёной, живучей силы. Мы стояли рядом, не касаясь друг друга, но связь между нами пульсировала, как обнажённый нерв — обострённая, живая, прошедшая испытание огнём. Она спасла Источник. Мы защитили его. Вместе.

Именно в этот момент, когда пыль ещё не осела, ко мне подошёл Лираэндор. Его лицо было серым от усталости, но в глазах горел знакомый огонь учёного, нашедшего редкий артефакт. В руках он держал не свиток, а тонкую пластину из тёмного камня, испещрённую светящимися рунами.

— Ваше Высочество, — его голос был хриплым, но торжественным. — При разборе завалов у древнего алтаря найдено это. — Он осторожно протянул пластину. — Это не просто запись. Это… приглашение. Ритуал Признания.

Я взял пластину. Камень был тёплым, почти живым. Руны, написанные не чернилами, а вплавленные в материал самой магией предков, рассказывали о древнем обычае. Не о браке по политическому расчёту. Не о скреплении договора. О слиянии душ. О добровольном предстоянии двух избранных друг для друга существ перед лицом вечных духов Пиков, об открытии своих сущностей навстречу друг другу, чтобы связь, данная пророчеством, была скреплена не роком, а свободной волей. Это был мост, построенный не из долга, а из доверия.

Сердце заколотилось чаще. Я посмотрел на Флорен. Она вытирала испачканную сажей щёку, слушая Лираэндора с тем же вниманием, с каким изучала новые растения. Она ещё не понимала.

— Благодарю, Лираэндор, — сказал я, не отрывая взгляда от неё. — Оставь нас.

Когда советник удалился, я подошёл к ней ближе. Шум вокруг нас словно отступил, сфокусировавшись в тихом круге, где были только мы двое, тревожное сияние Источника и эта каменная пластина в моих руках.

— Он нашёл кое-что, — начал я, и мой голос прозвучал непривычно неуверенно. Я протянул пластину ей. — Ритуал древнего пророчества. Его проходили не все Истинные Пары. Только те… кто выбирал друг друга не единожды, а дважды. Сначала судьбой. Потом — сердцем.

Она взяла пластину, её пальцы скользнули по тёплым рунам. Я видел, как она читает, как понимание медленно озаряет её лицо, сменяя усталость на изумление, а затем на глубокую, сосредоточенную серьёзность.

— Слияние душ… перед лицом предков, — прошептала она, поднимая на меня глаза. — Это… очень серьёзно.

— Да, — согласился я, и мне потребовалось усилие, чтобы выговорить следующее. Всё внутри сжималось от страха — не перед ритуалом, а перед её ответом. — Я… я хочу пройти его. С тобой.