Книга Проклятие пикси, страница 12 – Елизавета Берестова

— А вы очень даже заинтересованы!

— Естественно, пожал плечами Вил, — в нашем прекрасном городе можно найти куда более интересные занятия, нежели бредни выживающей из ума женщины.

Рика попыталась метнуть в собеседника уничижительный взгляд, но сделать это было весьма затруднительно. Даже в обуви на каблуках и толстенной подошве макушка девушки едва доставала до его подбородка.

— Офицер, ваша жизнь принадлежит Кленовой короне, — отчеканила чародейка, — вы должны быть готовы провести в этом доме, если потребуется, всю ночь!

Мужчина окинул чародейку оценивающим взглядом и вскинул бровь в театральном удивлении.

— Ваше предложение весьма смело и неожиданно, — с широкой улыбкой проговорил он, — однако ж, я пока не готов провести с вами ночь ни в этом доме, ни в каком ином месте.

Рика залилась краской и готова была взорваться от подобной наглости. Она просто слов не находила! Он вывернул наизнанку её слова, в такой ситуации начать оправдываться — сделать только хуже.

— Наш долг — помочь несчастной женщине разобраться с её проблемами, — проговорила Рика, стараясь избегать взгляда миндалевидных глаз цвета спелых желудей, — понять, что за чертовщина происходит в доме графини Сакэда.

— Прекрасно, вот и разберитесь. Завтра поутру представите отчёт, — продолжал улыбаться он, — не задерживайтесь. С леди Элеанор я поговорю сам.

— Чего это вы вознамерились командовать? — огрызнулась Рика, — кто из нас дежурный офицер вы или я? Решили, что, если раньше меня пришли работать с коррехидорию, то и приказывать можете?

Кареглазый офицер смотрел на чародейку с понимающей улыбкой взрослого, столкнувшегося с глупой выходкой невоспитанного ребёнка.

— Ваше сиятельство, Ваше сиятельство, — вошедший с улицы Меллоун стянул с головы форменный берет, — кучер жалуется, что замёрз совсем. Вы долго ещё здесь пробудете? Он просится в ближайший трактир погреться. А я страшусь отпустить, вдруг вам карета понадобится.

— Вот ведь подхалим, — в сердцах воскликнула чародейка. Она презирала людей, пытающихся завоевать симпатии окружающих открытой лестью и униженным поведением. Понятно, красавец в кашемировым шарфе уж точно не из простых. Там что одеколон, что замшевые ботинки, да и запонки с ониксовыми желудями просто кричали о богатстве семейства. Но уж титуловать его древесно-рождённым был откровенным перебором!

— С каких это пор наши дежурные офицеры "сиятельствами" стали?

Лейтенант Мллоун буквально дар речи потерял от наглости некромантки. Его возмущение переселило страх, внушаемый даром Рики и оскаленным черепом с рубиновыми глазами на её амулете, поэтому он выразительно прокрутил пальцем у виска и произнёс:

— Я использую титулы в тех случаях, когда это продиктовано самыми элементарными правилами вежливости, известными даже ребёнку.

— А мне сдаётся, ваша, так называемые вежливость, продиктована самым настоящим стопроцентным желанием выслужиться, угодить тому, кто богаче или влиятельнее вас. Даже перед обеспеченными бездельниками палец о палец не желающими ударить ради Службы дневной безопасности ночного покоя.

— Госпожа Таками, — одёрнул её Меллоун, — перед вами верховный коррехидор Кленфилда, его сиятельство Вилохэд Окку, граф и четвёртый сын Дубового клана.

У чародейки в первый момент перехватило дыхание, но потом её захлестнула чистая незамутнённая злость. Так беззастенчиво водить её за нос! Наверняка в душе потешался над ней, да ещё выставил дурой перед леди Сакэда. Она-то точно знала, кто он такой этот Вилли! От этого насмешливый взгляд коррехидора бесил ещё больше.