Книга Сны куклы, страница 36 – Елизавета Берестова

— Конечно. Он сказал через шесть месяцев без двух дней.

— Мы можем как-то доказать его вину?

— Попробую проверить следы на ключе, — задумчиво проговорила Рика, — вещи Касла здесь есть, если он пользовался ячейкой недавно, может получиться.

Она вызвала фамильяра. Таме обилие защитных заклятий совсем не понравилось, череп жался к хозяйке и смотрел на неё настолько жалобными глазами, что Вилохэду послышалось грустное мяуканье. Рика вытащила из своего саквояжа маленькую плошечку из чистой меди, плеснула туда кунжутного масла, отрезала ножничками кусочек старой афиши и погрузила его в масло. После этого, подумала немного, добавила цветок бессмертника и вытряхнула из коробочки из-под леденцов маленького дохлого паучка. Фамильяр всё это время, нахохлившись, сидел у девушки на плече. Щелчок пальцев, и масло в плошке вспыхнуло ярким пламенем, а паучок ожил, засучил лапками и пополз вверх по струйке дыма, выпуская серебристую нить призрачной паутины.

Чародейка подтолкнула не желающего ничего делать фамильяра, но череп словно приклеился к её плечу.

— Тамочка, милочка, — Рика взяла в руки голову бывшей кошки и ласково погладила призрачные крылышки бражника, походившие больше на прижатые ушки, — я понимаю, тебе тяжело от множества защитных заклятий, но мне так нужна твоя помощь. Постарайся, пожалуйста, — она нежно поцеловала её.

В глазницах фиолетовые огоньки разгорелись ярче, крылышки затрепетали.

— Если хорошо справишься, получишь угощение, — пообещала чародейка, подбрасывая череп вверх.

Тама захлопала крылышками, спустилась к паучку и проглотила его, осталась лишь торчащая изо рта светящаяся паутина. Паутина эта ожила, удлинилась и оплелась вокруг ящика железного дерева, принадлежащего покойному господину Каслу. Из паутины соткалась картинка того, что лежало в ящике: знакомые скрученные в трубочку афиши, фотография, старые бумаги, а прямо поверх фотографии — небольшая квадратная коробочка со сглаженными углами.

— Смотрите, — победно воскликнула чародейка, — нить памяти показала нам, что видел господин Касл в своём ящике. Кольцо было там!

— Я без вашей любимицы знал это, — заметил коррехидор, разглядывая картину, созданную волшебной паутиной, — меня больше занимает вопрос, кто это кольцо взял оттуда.

— Сейчас, — Рика брызнула на фамильяра каплю чего-то остро пахнущего из пузырька с притёртой крышкой, Тама совсем по-кошачьи чихнула, потрясла головой и выплюнула паучка. При этом в призрачных глазах читалось самое настоящее сожаление.

Паучок же принялся за дело, он пополз по ячейке, приклеив паутинку к месту, где, по его мнению, лежала искомая коробочка, потом подпрыгнул и полетел, уцепившись лапками за обрывок горящей паутинки. Полетел он к двери, которую чародейка предусмотрительно отворила, едва не дав по лбу пытающемуся подглядывать Ясуде. Младший помощник управляющего мгновенно принял вертикальное положение и вид глубокого безразличия. Но в его глазах, без отрыва следящих за летящим в его сторону паучком, затаился страх. И страх этот был совершенно не напрасным: паучок спрыгнул ему на руки и оплёл их паутиной настолько быстро, что когда Ясуда попытался стряхнуть непрошенного гостя, его руки плотно были оплетены клейкой светящейся субстанцией.

— Что скажете теперь? — вопросил Вилохэд, кивая на результат колдовства, — нить памяти чётко связала пропавшее кольцо и ваши руки. Мы фиксируем кражу и передаём дело королевскому прокурору, — где кольцо?