Книга Сны куклы, страница 78 – Елизавета Берестова

— Совсем неплохо было бы, чтобы вместе с тобой ещё кое у кого дар речи пропал, — со злостью подумала чародейка. Значит, это Вилохэд постарался. Наверняка замёрз на улице в своём модном пальто, вот и набился на приглашение к завтраку, воспользовавшись ничего не означающим, формальным статусом.

— И ты всё это время скрытничала! — Эни совсем победила тошноту и теперь снова лучилась энергией, — вот уж чего не ожидала, того не ожидала.

Рика прекрасно понимала, что начать объяснять окружающим истинное положение вещей в их с Вилохэдом отношениях — дело более чем пустое и зряшное, поэтому отговорилась тем, что сама до конца не может поверить в произошедшее.

Выпить красного сладкого вина, а потом и чая с тортом, заботливо испечённым в четыре с половиной руки (Эни славилась тем, что, если принималась помогать на кухне, то яйца разбивались прямо на пол, то, что жарилось, непременно пригорало, а то, что варилось — либо перекипало через край, либо разваривалось до состояния безобразной каши), выслушала причитающиеся по такому случаю поздравления, пожелания и наставления расчувствовавшихся старших женщин и разозлённая всем этим спектаклем отправилась спать. Когда в дверь тихонько поскреблась подруга, чародейка сделала вид, что крепко спит. Меньше всего сейчас ей хотелось второй порции восторгов и поздравлений. Эни Вада повторила попытку, и, не получив ответа, удалилась восвояси. Рика поворочалась с боку на бок и, наконец, ей удалось заснуть.

Утром она ускользнула пораньше. Очень уж не хотелось снова видеть довольные «удачной партией» физиономии, поэтому и в коррехидорию она пришла ни свет — ни заря. Зевающий ночной дежурный ещё не сдал смену, проводил взглядом невысокую фигурку чародейки и снова подпёр кулаком щёку, уныло поглядев на настенные часы. Ему оставалось ещё добрых три четверти часа вахты.

Когда в кабинете коронера появился Вил, чародейка успела переделать целую кучу дел: вымыла и вычистила стол в прозекторской, расставила книги и разложила папки. Даже чаю успела себе погреть и выпить. Четвёртого сына Дубового клана встретил недружелюбный, даже колючий взгляд зелёных глаз, брошенный на него теперь уже из-под модно подстриженной чёлки.

— Что случилось? — спросил он, в ответ на невнятное приветствие.

— Будто вы не знаете!

— Если честно, не знаю, — Вил уселся на свободный стул верхом, — просветите.

— Зачем вам понадобилось вчера говорить болтливой сестрице моей квартирной хозяйке, что вы — мой жених?

— Старая леди меня буквально поставила в тупик, — с облегчением засмеялся Вил, — в наше время выставлять требования, более приемлемые для второй половины правления эпохи Сакуры. Пришлось сказать, как есть. Иначе мне мёрзнуть бы на улице на промозглом ветру.

— Я так и думала! — воскликнула Рика, — из эгоистических соображений вы готовы испортить жизнь другому человеку.

— Получается, то, что для любой другой девушки было бы честью, для вас, госпожа Таками, является фактором, портящим вам жизнь? — тёмные прямые брови коррехидора сошлись на переносице, и его выражение лица стало очень похожим на герцога Окку.

Рика поняла, что на сей раз перегнула палку. Она смутилась и забормотала, что имела ввиду нечто иное.

— Я отложу этот малоприятный разговор на потом, — проговорил Вил, — у нас есть более насущные проблемы, нежели выяснение отношений. Убит судья Сато.