Книга Личный лекарь вражеского генерала, страница 177 – Настя Ильина

— Мальчик Сяо Бао, — всхлипывала она. — Такой худой был, такой бледный... а мы и не знали, не ведали...

— Знали, — я гладила её по спине. — Вы знали, что я нуждаюсь в помощи. И вы помогали. Кормили, платили больше, чем стоило. Вы спасли меня, госпожа Чэн.

Она отстранилась, вытирая слёзы передником, и вдруг улыбнулась сквозь плач:

— Кто бы мог подумать, что наш хрупкий паренёк, которого мы готовы были назвать сыном, такая прекрасная барышня? Теперь принцесса. Простите, Ваше Высочество.

— Не говорите так, ведь я не изменилась, — я взяла её за руку. — Внутри я осталась всё той же, что была раньше. Помните, как Сяо Бао приносил вам травы, а вы угощали его булочками?

— Помню, — она всхлипнула снова. — Как не помнить?

— Я привезла вам травы, — я снова протянула корзину господину Чэну. — Собрала моя маленькая ученица. Здесь есть редкие корни, которые вы давно хотели достать. И немного того самого женьшеня, что я приносила раньше. Это подарок.

— Ваше Высочество, — он принял корзину, и руки его дрожали. — Зачем вы... мы же не заслужили...

— Вы заслужили больше, — раздался голос Тан-эра. Он шагнул вперёд, держа в руках увесистый мешочек. — Это от семьи Вэй. В благодарность за заботу о моей сестре.

Господин Чэн замахал руками, отступая:

— Что вы, что вы, молодой господин! Не надо, мы не за тем...

— Возьмите, — мягко, но твёрдо сказала я, перекрывая его протесты. — Вы помогли мне выжить. Вы не знали, кто я, не знали, что меня ищут, не знали, что я сбежала от императорского указа. Но вы помогли. Просто потому, что я нуждалась в помощи. Разве это не стоит благодарности?

— Но...

— Возьмите, господин Чэн, — Тан-эр сунул мешочек ему в руки. — Моя сестра упрямая. Если не возьмёте, она будет мучиться, что осталась в долгу.

Жена господина Чэна всхлипнула, глядя на мужа. Тот посмотрел на мешочек, на меня, на Тан-эра. Потом вздохнул, смиряясь:

— Ладно. Спасибо, Ваше Высочество. Спасибо, молодой господин. Мы... мы будем хранить это. Как память.

— Не как память, — качнул головой брат. — Как начало новой дружбы. Если вам когда-нибудь понадобится помощь — приходите в поместье Вэй. Спрашивайте меня, Вэй Тана. Мы всегда поможем вам.

Господин Чэн поклонился, на этот раз я не стала его останавливать. Жена его, утирая слёзы, уже бежала в лавку за какими-то свёртками.

— Вот, — она сунула мне в руки тёплый, пахнущий свежей выпечкой узелок. — Булочки. Паровые. Как ты любила, Сяо Бао.

Я прижала узелок к груди, чувствуя, как слёзы всё-таки текут по щекам.

— Спасибо, — прошептала я. — Спасибо.

— Тебе спасибо, дочка, — она перекрестила меня дрожащей рукой. — Живи долго. Будь счастлива. Рожай детишек здоровых. А мы... мы всегда будем рады тебя видеть. Какой бы ты ни была — мальчиком Сяо Бао или принцессой Вэй.

Я обняла её на прощание, вдыхая такой знакомый аромат трав и выпечки, что всегда исходил от неё. Ещё одно дело было завершено... Я раскрылась когда-то близким мне людям и была рада, что теперь они могли жить в мире и наслаждаться своей жизнью.

Дворец сиял багрянцем.

С самого утра слуги сновали по коридорам, развешивая алые ленты, расставляя красные фонари, устилая путь от ворот до тронного зала лепестками пионов. Император распорядился, чтобы всё было сделано по высшему разряду — такого великолепия столица не видела уже много лет. Говорили, что сам император лично следил за приготовлениями, что вдовствующая императрица собственноручно выбирала ткани для украшений, что императрица Сюй отдала свои любимые пионы для оформления зала.