Книга Измена. Жена на продажу, страница 83 – Лина Венкова

Сердце колотится, как сумасшедшее! Я не знаю, куда бежать, и за что хвататься! Наконец, умудряюсь выдавить:

— Теперь ты отнимешь его у меня?

Рэн смотрит на меня, и смотрит долго. Потом изрекает.

— Сначала нужно его спасти, Бьянка. Ведь, судя по всему, в пещере ему явился сам Кровавый Дэв.

Замираю, и изо всех сил надеюсь, что его слова — неправда. Два факта тяжёлыми камнями практически падают мне на голову: Дирэн знает, что Рэймс — его сын.

И на Рэймса нацелился даже не один тёмный бог. А два!

— Он же умер! — безнадежно протестую я, — ты говорил, что Великая Драконица помогла изгнать его и Первородного Нага!

— Значит, древние этого не сделали. Ослабили его, но не прогнали. Он поселился в пещере Нага, и продолжает влачить там своё бесполезное существование. У него больше нет сил, и единственное, что он может — прийти в сон к ребёнку, чтобы что-то от него требовать.

— Я… У меня просто нет сил.

Плюхаюсь в кресло напротив Дирэна, и смотрю ему в глаза.

— Нужно быть рядом с Рэймсом, когда он придёт в следующий раз, — Рэн опирается на стол локтями, и складывает ладони треугольником.

— Я сказала ему, чтобы он меня позвал.

— Почему ты мне не рассказала с самого начала?

Дирэн задаёт этот вопрос без злости в голосе, но что-то мне подсказывает: он в бешенстве. Я боялась этого разговора, и сейчас мечтаю лишь сбежать из кабинета, хотя мне есть, что ответить.

— Боялась, что ты отберёшь его, — вдыхаю, и смотрю в сторону, лишь бы не напороться на его гневный взгляд, — я видела ту фотографию с женщиной и девочкой. Думала, что это твоя семья. Ты мог отобрать Рэймса, а меня пинком вышвырнуть на улицу, и суровый закон был бы на твоей стороне.

— Та девочка — не моя дочь, — скупо роняет Рэн, — моя супруга загуляла, и родила ребёнка от другого.

— Даже если и так?! Ты бы мне поверил?! Ты привёз нас сюда, двух незнакомых женщин и мальчика. Что бы ты сказал мне, вздумай я ляпнуть, что он твой сын? А я — твоя бывшая жена! И ты забыл нас.

Дирэн смотрит на меня так пристально, что мне уже неловко смотреть в сторону. Перевожу глаза на него, пытаясь придать взгляду смелости.

— Почему мы расстались?

От его вопроса хочется рассмеяться. Как объяснить ему, как описать, через какое количество боли и страха я прошла?! Через что прошёл Рэймс!

— Ты продал меня за сто золотых монет монаху-извращенцу. Это если вкратце.

Мой ответ его забавляет. Рэн откидывается на спинку кресла, и вызывающе бросает:

— Теперь скажи, что это было без вмешательства Тёмного Драконорождённого?

Чего правду таить? Качаю головой.

— Конечно, это было с его подачи…

— Почему он так вцепился в тебя, Бьянка? Он бог, но до сих пор преследует тебя.

Обдумываю, как ответить на этот вопрос. Вывалить в лоб то, что сказала мне Дженна? Решаюсь рассказать часть правды.

— Тёмный Драконорождённый питается энергией беременных женщин. Выпивает их… Для этих его нужд даже храм создали, в котором я воспитывалась. Когда забеременела я, оказалось, что… ну… наша с тобой энергия, смешавшись, создала нечто такое, что особенно пришло по вкусу тёмному богу. Он занял тело Высокого Жреца нашего храма. Сам понимаешь, какая меня ждала участь…

— Как ты сбежала?

— Мне помог ты, Дирэн.

Умолкаю, и Рэн тоже задумывается. С облегчением замечаю, что он не собирается отчитывать меня дальше, или грозиться отобрать Рэймса.