Книга Дикие сердца, страница 92 – Джессика Питерсон

Я никогда в жизни не спала так хорошо.

Еще мне тяжело совмещать все свои обязанности. Я пытаюсь заниматься делами «Беллами Брукс» после ужина, но, как правило, не могу долго бодрствовать.

К пятнице я пропустила столько звонков и накопила столько писем и счетов, что решаю взять выходной и заняться обувным бизнесом. К тому же Палмер приезжает сегодня днем, и я хочу принять душ, побриться везде и помыть волосы.

Кэш моргает, когда я сообщаю ему за завтраком, что не буду работать с ними сегодня.

— О.

Мое сердце подскакивает.

— Если вам нужна моя помощь…

— Делай свои дела. Мы справимся.

— Ты уверен?

Он отпивает кофе.

— Уверен.

— Ты будешь скучать по мне, правда?

— Мария будет скучать. Ты ей нравишься.

Я улыбаюсь, хотя мое сердце снова подскакивает. Почему мне кажется, что Кэш разочарован? Он действительно хочет, чтобы я была рядом?

Он будет скучать по мне?

— Хватит меня стыдить, – говорю я.

Его глаза сверкают.

— Пассивная агрессия – не мой стиль, Молли. Но ты должна была сообщить новость своей лошади. Если она заплачет, это на твоей совести.

— Это папина лошадь. – Я толкаю Кэша в плечо. – И лошади на самом деле не плачут, так ведь?

Он пожимает плечами.

— А ты хочешь узнать?

Я не хочу смеяться, но все равно смеюсь.

Я не хочу думать о Кэше, Марии, других ковбоях, когда позже утром разбираю почту в тихом офисе в Новом Доме, но все равно думаю.

Уилер отвечает сразу, как только я звоню.

— Привет, привет.

— Доброе утро, – пою я. – Как дела?

— Ты звучишь так бодро! Скажи, это потому, что тебя отдолбил ковбой с каменным…

— Единственная долбежка, с которой я имела дело на этой неделе, – это починка забора.

Уилер смеется.

— Смотри-ка, ты делаешь настоящую ранчо-работу! Я горжусь тобой. Но я бы гордилась еще больше, если бы ты занималась другим видом «работы».

Поверь, я об этом думала. Много.

— Так вот, скоро на мой счет поступит выплата.

— Ты не очень умело меняешь тему. Подожди, подожди. Тебя не оттрахали, но ты близка к этому. О боже! – Она визжит. – Держу кулачки за тебя! Говорят, ковбои делают это лучше, быстрее, жестче всех и во всех смыслах.

— На самом деле я пригласила Палмера на ранчо.

Тишина.

А потом:

— Ты хочешь сказать, что ты окружена горячими ковбоями, но собираешься переспать с Гордоном Гекко^[56]?

— О, перестань. Просто потому, что Палмер не в твоем вкусе…

— Он нормальный, Молли. Но не более того. И не в сексуальном смысле.

Уилер несколько раз видела Палмера со мной. Наши встречи в Далласе начинались с сообщения «Ты не спишь?». Если он был поблизости, то приезжал в бар, где я проводила вечер, а потом мы направлялись в квартиру.

— Он справляется со своей работой, – дипломатично говорю я.

— Эту работу кто-то другой может сделать лучше. Как там Кэш?

Щелкая по непрочитанному письму, я закатываю глаза.

— Он в порядке. Так вот, когда у нас будут деньги, давай уточним сроки завершения с…

— Ты такая милая.

— Что? Давай, Уилер, сосредоточься. У меня много дел.

— Я знаю, что у тебя к нему чувства.

Я просматриваю письмо.

— Есть чувства или нет, ничего не будет. Мы работаем вместе.

— Идеально. Можете заняться делами в амбаре, и никто и глазом не моргнет.

— Настоящие амбары не такие живописные, как в «Йеллоустоуне».

— Кому какое дело? Это было бы так горячо. Он мог бы использовать поводья, чтобы связать тебя, а потом нагнуть над седлом…