Книга Вместе или нет, страница 129 – Ава Уайлдер

— Ну, тогда мы не очень ладили.

Мать только улыбнулась.

— А как насчет теперь?

— А теперь… ― выдохнул он, покачав головой. ― Теперь, наверное, ладим. Иногда. Но там все сложно.

— Тогда это тоже казалось сложным, ― возразила мать. ― Забавно, да? Я про жизнь, которую ты сам себе сделал. Не думаю, что кто-нибудь из нас мог хотя бы предположить подобное. Нет, в самом деле… ― Она обвела вокруг рукой. ― Начиная с того, что без тебя у нас не было бы этого дома.

— Ну да, ― тихо сказал Шейн. ― Это удивительно. Мне и правда повезло.

Мать повернулась и с нежностью посмотрела на Шейна.

— Дело не в везении. Ты счастлив, милый?

От этой теплоты что-то болезненно сжалось в груди Шейна, и он закрыл глаза.

— Не знаю, ― сказал он наконец. ― Мне нравится сниматься в этом сериале. И я снимаюсь. Я бы занимался этим вечно, будь такая возможность. Но все другие аспекты…

Он умолк. Даже если сегодня он снялся в популярном телесериале, никто не может гарантировать, что завтра он не превратится в «того-самого-не-помню-откуда-парня». Если он хочет оставаться в киноиндустрии, то надо быть готовым к постоянной борьбе за каждую следующую роль. К сплетням, к суете, к разочарованиям. К унижениям. Но пока он даже не мог себе представить, как люди справляются с этим, не перегорая и не ломаясь.

— Впрочем, мне ли жаловаться? Наверное, это неблагодарно с моей стороны ― думать о том, как оттуда выбраться, бросив возможности, за которые другие люди отдали бы жизнь.

— И за которые ты отдал уже девять лет жизни. По-моему, все честно. Если ты так переживаешь за людей, то, наверное, самым бескорыстным поступком будет отойти в сторонку и позволить занять твое место кому-нибудь другому.

Голос матери был спокойным, но она явно над ним подтрунивала.

Шейн улыбнулся.

— Хорошая идея. Но я, блин, понятия не имею, чем мог бы еще заняться. У меня нет ни образования, ни опыта другой работы. Плюс… ― Он обвел рукой дом точно так же, как до него это сделала мать. ― Как еще я смогу обеспечить вам такую жизнь?

— Теперь внимательно послушай меня, ― сказала мать неожиданно суровым голосом. ― Я хочу, чтобы ты, обдумывая, что делать дальше, не оглядывался на нас. Мы не хотим тебя обременять. Нам, в общем-то, ничего из этого не нужно. Если завтра придется продавать этот дом, мы продадим его без колебаний. В любом случае, для нас двоих с отцом он слишком велик.

— Но я хочу…

— Шейн! ― оборвала она его, после чего усмехнулась. ― Что ж, мы старались как могли и, думаю, в конце концов не слишком облажались со всеми вами. Нам повезло, что ты вырос таким же хорошим человеком, каким был в детстве, если теперь заботишься о нас.

— Мама…

— Дай мне закончить!

Шейн повернул голову. Мать очень серьезно смотрела на него.

— Как твоя мать, я мечтаю лишь о том, чтобы ты был в безопасности, был любим, счастлив и твердо стоял на ногах. Все остальное ― мелочи жизни. Надеюсь, ты знаешь, как я горжусь тобой. И я, и твой отец. ― Она грустно усмехнулась. ― Что бы это ни значило в твоем возрасте, но твои родители всегда будут тобой гордиться.

Шейн потерял дар речи. Все, что он мог сделать, ― только кивнуть, ощущая, как защемило в груди.

— Спасибо, мама, ― сказал он наконец. ― Это дорогого стоит. И… я тоже горжусь вами.

Мать наклонилась и погладила его по волосам.