Книга Во власти любви. Книга вторая, страница 95 – Эмилия Вон

Второй ошибкой стало то, что у Пьера не оказалось тормозов. Весь вечер он только и делал, что пытался задеть Алессио своими комментариями и вопросами, обращенными ко мне. Его комплименты были слишком лицемерными, а взгляды – неуместными. Алессио четко дал понять, что я принадлежала ему, но Пьер будто решил это проигнорировать.

Сам Алессио почти весь ужин молчал. Он был учтив и вежлив, когда отвечал на вопросы членов моей семьи, а колкие замечания Пьера старался игнорировать. Но его терпение имело границы.

— Адриана вправе сама принимать решения, – твердо и решительно сказал Алессио. – Ей не требуется команда отца, словно гребаной шавке, чтобы что-то сделать. К тому же ты полный идиот, если считаешь, что она сделает хоть шаг в твою сторону, не говоря уже о прогулках.

Я накрыла своей ладонью сжатый кулак Алессио под столом в попытке успокоить его. Почувствовав мою руку на своей, он повернулся ко мне, и наши взгляды пересеклись. Его сапфировые глаза светились яростью. Я увидела в них надвигающийся шторм, тьму, готовую поглотить все вокруг и затянуть в бездну. Я не могла этого допустить, поэтому аккуратно разжала его кулак и переплела наши пальцы. Алессио не сопротивлялся. Тьма в глазах отступала, позволяя яркому цвету сапфира заполнить радужку его глаз, а грозовой шторм оставить позади.

Я здесь. С тобой. Твоя.

Я сказала это без слов, одной улыбкой, поглаживая под столом его руку.

— Думаю, тебе пора уходить, иначе ты опоздаешь на рейс, – сказал папа Пьеру, и от леденящего холода в его голосе по коже побежали мурашки.

Папа промокнул салфеткой рот и бросил ее на стол, тем самым дав понять, что ужин завершен.

— И убедись, чтобы в следующий раз тебя не занесло в мой город попутным ветром. Если только не хочешь, чтобы твое тело нашли где-нибудь на дне Мичигана. Имей в виду, я редко даю людям второй шанс, особенно если они раздевают мою дочь глазами прямо передо мной и мужчиной, который ясно дал понять, что она принадлежит ему.

Ого. Я ожидала, что отец вышвырнет Пьера за неуважение к нему, но то, что он выразит свое недовольство именно так, тем самым признавая наши с Алессио отношения, – определенно нет. Возникло резкое желание прямо сейчас обнять его.

— Маттео, – Пьер тут же растерял всю свою уверенность и попытался возразить, – ты не так все понял.

— Я понял все так, как должен был. И я не повторяю дважды. – Папа поднялся из-за стола, застегивая пуговицу на пиджаке. – Поднимай свою задницу и вали из моего дома, пока я не передумал.

Отец развернулся и вышел из столовой, зная, что Пьер даже не подумает перечить. Повисла тишина, которая продлилась всего мгновение, потому что Пьер встал и, ничего не сказав, поспешил к выходу.

— Я провожу его, – Алессио следом встал из-за стола.

— Алессио, не стоит, – попыталась я остановить его.

— Я ничего не сделаю.

Увидев недоверие в моих глазах, он поцеловал меня в лоб и добавил:

— Обещаю, он будет жить.

С этими словами он вышел, чтобы догнать Пьера.

— Он хорошо держался, скажу я тебе, – за все это время Люцио в первый раз заговорил, напоминая о своем присутствии. – Он мне нравится. Думаю, у него есть шансы.

Они с Мариэттой переглянулись и засмеялись, отчего я сама не смогла сдержать улыбку.

Я всегда считал себя сдержанным человеком, но у каждого есть точка предела, не так ли? Мое терпение лопнуло в тот самый момент, когда этот подонок решил, что может открыть свой рот и спросить ее отца о свидании с Адрианой. Я был удивлен, что Маттео поддержал меня и выгнал этого придурка, но я не закончил с ним.