Книга Отличница для генерального, страница 87 – Екатерина Крутова

«Вылет через час. Жду координаты».

Орлова понимала, как глупо и по-детски выглядит ее бунт, тем более что название деревни, где расположен храм, она сообщила еще в разговоре. Но девушке хотелось, чтобы мужчина переживал. Нервничал. Испытывал хоть немного тех острых, болезненных эмоций, которые не давали ей спать минувшей ночью. В конце концов, Аня не собиралась задерживаться в этой квартире — утром она возьмет машину и отправиться на встречу с отцом Евфимием. Алекс не успеет до рассвета, даже если наймет вертолет. Потому, пусть помучается.

С улыбкой победительницы Аня прочла новое входящее: «Княгиня, пожалуйста. Я должен быть рядом».

Сердце екнуло. Этот беспомощный, лишенный привычной брони тон растрогал сильнее, чем угрозы.

«Встретимся в Храме Преображения», — ответила и выключила телефон, откидываясь на подушки с честным желанием поспать хотя бы несколько часов. Завтра ее ждала неизвестность. Встреча с призраком. И, судя по отзывам путешественников, настоящее приключение по карельскому бездорожью на стареньком паркетнике.

* * *

Терракотовый под цвет ржавчины, проевшей пороги, автомобиль, похрустывая подвеской на ухабах, выкатился на пригорок, и Аня замерла, завороженная открывшимся видом. Деревня Заозерье спускалась с холма к каменистому побережью озера, где у деревянного пирса покачивались на волнах несколько старых моторок. Грунтовка, петляя между десятком изб, вела к единственному каменному трехэтажному дому, убогостью панельной архитектуры, отсылающему к семидесятым годам прошлого века. Вдоль дороги без привязи паслись козы, а за невысокими заборами разгуливали куры и гуси. Парочка подростков на велосипедах заметила незнакомый автомобиль и припустила за ним, не скрывая любопытства. Гости из «большого мира» явно были редкостью в этой заповедной, точно замершей вне времени, глуши.

Храм Преображения Господня найти труда не составило — он стоял на пригорке, обращенный к озеру новым крыльцом, ступени которого вели к деревянному, потемневшему от дождей и ветров небольшому зданию, увенчанному аккуратным куполом-луковкой, сиявшим на солнце свежей позолотой.

Сердце Ани бешено заколотилось. Она заглушила мотор, и в наступившей тишине услышала лишь пение птиц и отдаленный лай собаки. Страх отступил, сменившись щемящим чувством близости свершения заветного. Дверь в церковь была открыта. Внутри пахло воском, ладаном и старым деревом. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь узкие окна, освещали простой иконостас и несколько горящих лампад. В центре у алтаря стояла невысокая, коренастая фигура в простой черной рясе. Мужчина склонился, поправляя подсвечник — лучи солнца выхватили у сумрака простое круглое непримечательное лицо. Это был человек с фотографии — отец Евфимий.

Услышав шаги, священник обернулся. Аня замерла на пороге, разглядывая те самые черты, которые угадало ее художественное чутье, и достроила нейросеть — обычные, невыразительные, если бы не глаза — на довольно молодом лице они выделялись печалью жизненного опыта, светясь тем особым знанием, что бывает у людей, прошедших через тяжесть потерь и нашедших силы жить дальше.

— Мир вашему дому, — тихо сказала девушка, не зная, с чего начать.

— Во благое время пришли, — он ответил также тихо и ровно. — Что привело вас в храм Божий, сестра?