Книга Дядюшка Эбнер, мастер отгадывания загадок, страница 74 – Мелвилл Дэвиссон Пост

— Эбнер, раньше ты был непоколебимым утесом здравого смысла. Легенды и теории глупцов разбивались о тебя в мелкие дребезги. А теперь ты утверждаешь, что существуют ведьмы?

— Если и утверждаю, то не я один: за мной стоит святой Павел.

— Отцы церкви допускали кое-какие ошибки, – заметил Рэндольф.

— А отцы закона? – спросил дядя Эбнер.

Рэндольф подпер подбородок рукой.

— Это правда, что сэр Мэтью Хейл^[22] считал неоспоримо установленным факт колдовства, по трем важным причинам, которые, став величайшим судьей Англии, привел в следующем порядке: во-первых, потому что так говорится в Священном Писании; во-вторых, потому что все страны приняли законы против колдовства; и в-третьих, из-за ошеломляющих свидетельств очевидцев. Сэру Мэтью, если не ошибаюсь, было известно примерно о шести тысячах случаев колдовства… Но с тех пор прошло много лет, появился мистер Джефферсон^[23], Эбнер, и мы в Вирджинии.

— Тем не менее, – ответил мой дядя, – и после мистера Джефферсона такое уже случалось, даже в Виджинии.

Рэндольф жарко выругался.

— Тогда, черт возьми, сэр, давайте жечь старух в деревнях, пока существа, которые протащили сокровища Белтса через замочную скважину, не притащат их обратно!

Тут заговорил Белтс:

— Они кое-что уже вернули!

Мой дядя резко повернулся на стуле.

— Что вы имеете в виду, Белтс?

— А вот что, – ответил старик, привычно понизив голос до глухого шепота. – Вот уже третье утро подряд я нахожу в кувшине несколько своих золотых монет. Кто-то приходит, Эбнер, и так же уходит, хотя все окна закрыты, а двери заперты на засовы. И есть еще кое-что в этих возвращенных монетах… Они мои, потому что я знаю каждую… Но они побывали в руках существ, которые ездят верхом на лошадях на пастбище… И эти монеты держали ведьмы!

Последнее слово старик прошептал, испуганно оглядываясь по сторонам.

— Откуда я это знаю? Подождите, я вам покажу!

Белтс подошел к своей кровати и достал из-под матраса маленькую коробочку – потертую, закопченную коробку с откидной крышкой. Он открыл крышку большим пальцем и высыпал содержимое на стол.

— А теперь смотрите. Смотрите, на каждой монете воск! Сапожный воск, заметьте… Эй, Эбнер! Моя мать говорила, что те существа смазывают воском руки, чтобы их пальцы не скользили, когда они скачут ночью на неоседланных лошадях. Они несли это золото, зажав его в руках, и посмотрите, как воск испачкал металл!

Мой дядя и Рэндольф склонились над столом и осмотрели монеты.

— Клянусь всевышним! – воскликнул судья Рэндольф. – Это воск! А раньше они были чистыми?

— Чистыми, – кивнул старик. – Воском их перепачкали пальцы тех существ. Разве моя мать не говорила об этом?

Дядя Эбнер откинулся на спинку стула, а Белтс подался вперед и испуганно спросил:

— Как думаете, Эбнер, все ли золото вернется ко мне?

Мой дядя ответил не сразу. Некоторое время он молчал, глядя через открытую дверь на залитые солнцем луга и далекие холмы, но в конце концов заговорил тоном человека, который решил загадку и получил ответ:

— Вернется не все.

— Сколько же тогда? – прошептал Белтс.

— Вернется то, что останется после уплаты пошлины.

— Вы знаете, где мое золото?

— Да.

— А существа, у которых это золото, Эбнер, – совсем тихо спросил Белтс, – они не люди?

— Они не люди, – ответил мой дядя.