Книга Дядюшка Эбнер, мастер отгадывания загадок, страница 96 – Мелвилл Дэвиссон Пост

Джентльмен сел в кресло рядом с двумя сальными свечами.

— Пожар! – повторил он. – Да, сегодня в моей каюте работал плотник и вполне мог оставить стружки, а может, и свечные огарки. Огонь был в моей каюте?

— Да. Там, на полу, разгоралось пламя.

— На полу! – повторил мистер Берд. И живо спросил: – Значит, в моей каюте ничего не сгорело? Там был письменный стол, Эбнер, с длинным ящиком красного дерева, он не сгорел?

— Не сгорел, – ответил мой дядя. – В нем было что-то ценное?

— Очень ценное, – ответил Берд.

— В таком случае, вы оставляете свои ценности на удивление незащищенными. Дверь в каюту была открыта.

— Но не письменный стол, Эбнер. Он был надежно заперт. Этот замок я привез из Шеффилда и ни один ключ, кроме моего собственного, не смог бы его отпереть.

Берд несколько мгновений сидел, приоткрыв рот, потирая подбородок изящной рукой, затем усилием воли вернулся к прежним добродушным манерам.

— Благодарю вас, Эбнер, вы спасли мое судно. И все благодаря странному стечению обстоятельств, которое привело вас сюда.

Джентльмен со смехом откинулся на спинку большого кресла.

— Но как же ваша теория, Эбнер? Это случайное событие ее не подтверждает. Стечение обстоятельств пошло на пользу не добрым людям и христианам, а мне. А я ведь не добродетелен и не христианин.

Мой дядя Эбнер не ответил, задумчиво глядя на собеседника. Дождь барабанил по оконному стеклу, в задней комнате продолжалось пьяное застолье.

— Берд, как, по-вашему, возник пожар? – спросил наконец мой дядя. – Виновата ли в нем недокуренная сигара? А если да, кто ее обронил – небрежный растяпа или враг?

— Враг, Эбнер, – уверенно ответил Берд. – Это дело рук проклятых поселенцев. Разве их посланец не угрожал мне? Разве не кричал, что если я здесь причалю, их хижины пострадают? Тогда я не придал значения угрозам, а зря. Мне следовало бы остерегаться злобы местных жителей. Но ведь они так легко сыплют угрозами, не подкрепляя их делом, что со временем перестаешь обращать внимание на их слова.

Джентльмен посмотрел на стоящего у очага широкоплечего мужчину.

— А вы что об этом думаете, Эбнер? Пожар устроили нарочно?

— По горящему мусору трудно сказать.

— И все-таки, каково ваше мнение? Что скажете, Эбнер?

— Пожар устроили нарочно, – ответил тот.

Берд встал и ударил кулаком по столу.

— Тогда, клянусь царством сатаны, я переверну все хижины поселенцев, когда завтра буду отплывать!

Дядя Эбнер не вспылил в ответ на жестокие слова собеседника.

— Вы причините бессмысленный вред невинным людям, – только и сказал он. – Поселенцы не поджигали ваше судно.

— Откуда вы это знаете?

Во всем облике дяди Эбнера теперь появились напористая сила и железная воля.

— Берд, позвольте напомнить, что у нас с вами недавно вышел спор. Вы сказали, что «случайности» бывают в равной степени со всеми, а я считаю, что они предопределены провидением божьим. Если бы я не приехал сюда сегодня вечером, судно сгорело бы, и вина за это пала бы на местных жителей. А Мэдисон из Вирджинии, Саймон Кэрролл из Мэриленда и мой брат Руфус, чья компания в Балтиморе страхует ваш пароход, понесли бы такие убытки, какие они едва могут себе позволить.

Голос Эбнера, по-прежнему ровный, стал твердым, как гранит:

— Потери понесли бы именно эти люди, а не вы, Берд – не добродетельный человек и не христианин, по вашему собственному признанию. Я прав, мистер Эвлин Берд?