Книга Девушка для услуг, страница 104 – Сидони Боннек

— Я вернулась не из-за тебя, а из-за Саймона.

Я закрыла глаза, опустилась на корточки и уперлась ладонями в землю. Не знаю, спала я или бредила. Это длилось долго. Я была и здесь, и где-то еще.

Встаю, опять прислоняюсь к стене. Никто не приходит. Неужели они оставят нас здесь подыхать? Таков их план? Гнев больше не будоражит, мое тело остыло, я пытаюсь согреть руки дыханием. Изо рта выбивается слабая струйка теплого воздуха, губы дрожат, они потрескались, им нужна влага. Ощущение холода превращается в наваждение.

— Виржини, ты очнулась?

— Да.

— Как ты пробралась в резиденцию?

— Я в пять утра села в «Евростар» в Париже, потом приехала сюда на такси и ждала за оградой, когда детей начнут развозить в школы.

— Ты не боялась, что тебя схватят?

— Все так суетились… что никто не обратил на меня внимания.

Вспышка света рассеивает темноту. Яркий луч вырезает прямоугольник стены перед нами. Я не сразу понимаю, что происходит. Дверь открывается, появляется тень, и я слышу звяканье стекла. Дверь захлопывается. Снова наступает кромешная тьма. Проходит несколько секунд.

— Ты видела?

— Видела.

За это короткое время мне удалось оценить размер помещения, в котором мы находимся. Оно большое, как спальня моих хозяев. Я иду к двери. Ищу поднос и, найдя, сразу хватаю стакан с водой. Виржини обойдется, а мне нельзя отходить от двери. Я пью воду так, словно делаю это впервые в жизни. Каждый глоток для меня – как живительный дождь. Огонь в горле утихает. Страх мучений исчезает. Какое блаженство! Мне хочется обниматься, любить, смеяться. В кармане – моя заколка. Моя жизнь зависит только от нее. Я вожу пальцами по двери там, где должен быть замок. Ничего. Начинаю снова, осторожно расширяя зону поиска. Нашла: он оказался ближе к центру двери. Вставляю свою отмычку как можно бережней, мне трудно контролировать собственные движения, я дрожу от холода. Проталкиваю заколку, немного выжидаю, потом проталкиваю снова. Виржини спрашивает, что я делаю. Раздается какой-то треск. О черт! Заколка сломалась. Пополам. Я падаю наземь. Слова Виржини раздаются у меня в голове: «Они хотели девушку, оказавшуюся в полном дерьме».

Я плачу. Плачу из-за всего, что на меня свалилось, из-за своих идиотских мечтаний, из-за своей наивности. Кем я себя возомнила? Будущей журналисткой? Бедная дура! И родители это понимали, они вроде как отпустили меня, а на самом деле просто махнули на меня рукой. А я ничего не заметила. Я была так горда, когда забирала в мэрии свое новенькое удостоверение личности. Ключ к свободе, маленькая книжечка с красивой фотографией внутри, обещание другой жизни, полной приключений. А теперь я в плену, под замком. В котором доме из пяти? У моих хозяев нет подвала. У соседей? Или в пятом особняке? Воздух здесь ледяной, – возможно, я права. Это воздух дома, где никто не живет и где обогревается только один этаж. Черт! Черт! Черт! Я спрашиваю:

— Виржини, у тебя есть с собой удостоверение личности?

Она не отвечает. Что с ней? Я встаю и подхожу к скамейке. Она снова заснула. Роюсь в карманах ее джинсов. Спереди – ничего. Карточка должна быть у нее в сумке, но они наверняка ее забрали. Я проверяю жилетку. В единственном кармане лежит носовой платок. Решаюсь повернуть Виржини на бок и похлопываю по задним карманам. Под джинсовой тканью чувствую очертания прямоугольника. Это ее удостоверение личности. Вытаскиваю его.