Книга Оревуар, Париж!, страница 30 – Алексей Хренов

* * *

Предводитель эльфов открыл капот её «Пежо», посмотрел внутрь и произнёс загадочно ещё одно незнакомое ей слово, наверное, что-то из австралийского диалекта:

— Ну и уе***ище! Или нет искры, или бензина. Или эти двое никак не могут встретиться.

Сказано это было с интонацией, с которой обычно объявляют приговор или, на худой конец, выносят диагноз.

Он снял блестящий провод со свечи, сунул его к двигателю и не совсем понятно велел ей:

— Пробуй заводить.

Ви влезла в салон и повернула ключ. Раздалось несколько резких щелчков, так что она вздрогнула, а в воздухе слегка запахло озоном.

— Искра есть! — удовлетворённо объявил он, словно только что нашёл потерянного родственника.

Потом он с серьёзным видом покачал маленький рычажок сбоку от двигателя. Бензонасос — откуда он вообще знает, что это так называется, Ви решила выяснить потом. Кокс радостно не упустил момента шлёпнуть её по попе, когда она сунулась посмотреть под капот. Он снял шланг и, не раздумывая, что есть сил, дунул в него. В баке раздалось несколько радостных буль-бульков.

— Ты что делаешь⁈ — с интересом спросила Ви.

— Надуваю ослика через задницу. Не знаешь, что ли? Старый, проверенный цыганский способ перед продажей! — совершенно серьёзно ответил тот, копаясь со шлангами.

Она глупо хихикнула, и Ви ощутила, что её жизнь явно прибавила в надёжности.

Всё-таки мужчины — очень ценные приобретения в жизни, решила Вирджиния, глядя, как её приятель совершает совершенно шаманские танцы вокруг машины.

— Тебе не хватает бубна, чтобы завести этот аппарат, — поддела его Ви.

Через пятнадцать минут в ответ на искусственное дыхание машина затряслась, закашлялась, выплюнула облако вонючего дыма, явно вспоминая все свои прошлые обиды, и «затроила». Ви решила, что её лётчик снова сказал какое-то странное, скорее всего нецензурное слово.

А потом «Пежо» вдруг заработал. Ровно. Уверенно. Почти гордо.

— Джин! Поехали, — буднично сказал он так, будто только что оживил прошлогоднего пациента городского морга.

— Надо быстрее! Кокс! — почему-то она начала волноваться, — Сюда могут приехать, тебя будут искать.

— Тогда побежали! — радостно улыбнулся ей эльф 40-го уровня.

И они поехали — как им казалось, в сторону Франции.

17 мая 1940 года. Сельские дороги где-то в районе Венси-Рёй-Э-Маньи, пригород Монкорне, Шампань, Франция.

Минут через тридцать неспешной езды — а быстрой эта разбитая, окаймлённая колючими кустами, французская дорога вообще не предполагала — они внезапно упёрлись в немецкий заслон.

В стороне от дороги, чуть наискосок, стоял мотоцикл с коляской — аккуратный, с особым чувством уверенности, когда люди уже считают себя здесь хозяевами.

Из коляски торчал ствол пулемёта — правда, глядевший в другую сторону, с холодным, сугубо служебным любопытством, словно заранее зная, что успеет повернуться куда надо.

Рядом важно присутствовали трое воинов в сером и со здоровенными бляхами на груди, размером с приличное блюдце, блестящими на солнце — фельджандармерия.

Первый из них развалился у пулемёта, прикрыв глаза, откинувшись назад и подставив лицо солнцу, словно выбрал удачное место для пикника.

Второй, судя по всему старший, с методичным усердием тыкал автоматом французского фермера то в спину, то в задницу, подгоняя его прочь от телеги. Фермер двигался плохо, с воплями и причитаниями, но был вынужден изрядно стараться.