Книга Оревуар, Париж!, страница 35 – Алексей Хренов

— Сначала предохранитель. Потом затвор. Предохранитель! Затвор! И короткая очередь. Короткая. Не жми на курок, как будто тебе должны денег и не отдают.

— А он громкий? — с сомнением уточнила Ви, не сводя глаз с пулемёта.

Наш герой тяжело вздохнул.

Когда дело дошло до практики, они нашли пустое поле, зарядили в ленту пять патронов — и тут внезапно выяснилось, что перед каждым нажатием на спуск Ви инстинктивно, но с поразительным усердием зажмуривается, словно собирается шагнуть с вышки прямо в холодную воду.

Пулемёт, впрочем, вёл себя именно так, как и следовало ожидать от инженерного детища сумрачного тевтонского гения. Безупречно, хладнокровно и с полным равнодушием к человеческим нервам, которое отличает хорошо сделанную немецкую машину. В какой французский пейзаж улетели немецкие пули, можно было только гадать.

Затем они попробовали женское руление мотоцикла с коляской.

Немецкие военные полицаи поделились с ними стандартным армейским мотоциклом BMW R12 — суровым, угловатым и совершенно не подготовленным к встрече с женской логикой эмансипированной журналистки. В прошлой жизни Лёха был байкером, гонял и на «спортах», а, повзрослев, и на чопперах, но ручка коробки передач справа от бака, почти как у автомобиля, озадачила даже его.

— Давай, зайка, катнёмся. Себя показать, на других посмотреть, — с удовольствием продекларировал наш герой, в первый раз залезая в коляску.

И тут его поджидал облом. Себя показать — этого выходило с избытком, а вот на других посмотреть он попросту не успевал, хватаясь за борта коляски.

Если с машиной Ви управлялась уверенно и почти красиво — и даже на вопрос, почему здесь три педали при наличии у неё всего двух ног, она каким-то образом нашла для себя исчерпывающий ответ, — то мотоцикл оказался существом капризным, обидчивым и склонным к внезапным истерикам.

Он дёргался, глох, тянул в сторону и, казалось, готовился угробить наглых наездников при первой же возможности.

— Ну как, сексуально я веду? — поинтересовалась Ви и для удобства задрала юбку, демонстрируя симпатичные коленки.

— Я три раза кончил и один раз чуть не обо***рался, — в сердцах ответил байкер из будущего, вцепившись в бортик коляски.

Ви дулась минут десять, пыхтя, как паровоз под парами, и за это время успела трижды уехать в кювет, один раз почти перевернуться, многократно посетить колючие кусты — почему-то исключительно со стороны коляски — и даже один раз уверенно выбрать правильную передачу.

Выбор оказался сложным и при этом крайне неоднозначным.

Либо она стреляет без огонька. Либо рулит с огоньком.

В итоге Лёха убедил себя, что стреляет она всё таки лучше, чем рулит мотоциклом. Точнее, и то и другое она делала примерно одинаково хреново, но зажмуривать глаза при стрельбе Лёхе показалось несколько более безопасным занятием, чем при вождении мотоцикла.

Наш герой проверил углы обстрела и, убедившись, что быть перепиленным очередью прямо сейчас ему не грозит, запрыгнул в седло БМВ и взялся за руль.

Ви снова устроилась в коляске и, обиженно поглаживая пулемёт, обращаясь с ним теперь почти ласково, как с кошкой, которая шипит и царапается в ответ.

Он нацепил на них плащи фельджандармов, повесил на шеи бляхи и водрузил на головы каски. Правда, тёмные кудри Ви упрямо лезли из-под стали во все стороны, придавая новоиспечённому воину вид одновременно грозный и подозрительно двусмысленный.