Книга Иероглиф судьбы или нежная попа комсомолки. Часть 2, страница 93 – Алексей Хренов

Начало июля 1938 года. А виатранспорт японского флота «Кагу Мару», передовой пункт базирования недалеко от Аньцина.

Двадцативосьмилетний тай-и, капитан-лейтенант флота Юдзи Тэракава стоял на палубе своего корабля, в маленькой заводи под Аньцином, и наблюдал, как его команда ловко спускает за борт гидросамолёт. Лётчик, улыбаясь, махнул рукой — оставались считанные минуты до взлёта.

Его корабль, авиатранспорт «Кагу Мару» — сто тридцать семь метров длиной и семнадцать шириной — стоял в заводи, как длинная речная рыба, загнанная под сети. Протолкнуть такую махину сюда, по коварной китайской реке, было отдельным подвигом. Глубины гуляли от четырёх до семи метров, русло извивалось, отмели будто менялись после каждого дождя, а течение то и дело пыталось развернуть его корабль поперёк реки.

Надстройки спрятали почти полностью. Маскировочные сети, натянутые на бамбуковые рамы, тянулись от борта к борту, превращая транспорт в бесформенный серо-зелёный холм. Торчали лишь стрелы двух кранов да оголовок трубы — словно хрящи под кожей. На палубе, плотно перевязанные канатами, стояли три сложенных гидросамолёта Nakajima E8N.

Но не об этом мечтал молодой капитан-лейтенант, поступая во флот.

Родившись в старой, уважаемой флотской семье, Юдзи Тэракава с детства видел себя на мостике боевого корабля — крейсера, эсминца, авианосца — вой сирены боевой тревоги, шквал команд и дым боя… а не в бухгалтерии запасов и проверке топлива на очередном транспортном пузане.

А получил он — Янцзы. Он конечно понимал, что это очередная ступенька его карьеры, но…

Плавучий склад. Плавучая мастерская. Плавучая авиабаза гидросамолётов — разведчиков для морской пехоты. И в придачу стоящая рядом плавучая баржа, куда сгружали прибывающее топливо и боеприпасы до отправки на берег, престарелый командир которой уважительно называл его старшим.

Он вздохнул и повернулся к начальнику авиагруппы, старому, прожжённому лейтенанту Сакамото, который как раз командовал запуском гидроплана.

— Сакамото-сан… — Тэракава поморщился. — Командуйте взлёт. Раз уж мы здесь — будем делать вид, что мы всё ещё флот.

— Тай-и, — сверкнул тот золотым зубом, — мы служим там, где приказывает Император. И если Император пожелал, что бы эта мутная помойка стала нашим морем…

Флотские истребители уже месяц как базировались на наземном аэродроме ниже по течению. Но гидросамолёты летали даже чаще и больше боевых — корректировали огонь, разведывали переправы, сопровождали колонны специальных морских десантных отрядов флота, по сути морской пехоты, участвовавшей в наступлении на Аньцин и теперь в их стремлении взять Ханькоу. И всё снабжение этой воздушно-речной кухни проходило через него, через его «Кагу Мару».

Его авиаматка ещё недавно была обычным торговым пароходом, но после мобилизации её быстро и жёстко перелицевали на верфях Куре в тридцать шестом: заварили часть люков, усилили палубу под стапели, сняли лишние надстройки, поставили два крана для подъёма гидросамолётов, переоборудовали трюмы под мастерские, склады запчастей и баки для авиационного бензина, и окрасили в тускло-серый речной цвет.

Тэракава порой глядел вниз по Янцзы и чувствовал укол почти детской зависти. Там, ниже по течению, у Нанкина остались его, более крупные, собратья — гидроавиатранспорты флота «Камоэ», «Ноторо», «Камикава Мару». И ещё дальше, в устье у Шанхая базировались настоящие авианосцы Императорского флота — «Хосё», «Рюдзё», «Кага».