Книга Наши запреты, страница 177 – Лина Мур

— Лейк, у тебя что, мозги жиром заплыли? — фыркает Рубен, оглядывая меня с ног до головы, и кривится. — Ничего, ты похудеешь. Мне больше нравится, когда ты худая. Ты жирная корова сейчас, Лейк. Твоё тело отвратительное, но ничего я всё равно люблю тебя. Я злюсь, но люблю тебя. Поэтому я прощаю тебя за то, что ты снова попала под искушение. Да, меня не было рядом, чтобы направить тебя, и ты всё равно будешь наказана, но я понимаю это. Ничего. Правда, Лейк, так даже лучше. Мы победим.

— Кого? — выдавливаю из себя.

— Как кого? Доминика Лопеса, конечно же. Лейк, Лейк, Лейк, — Рубен качает головой и сжимает свою переносицу, раздражённо вздыхая. — Хорошо. Ты не могла забыть того, что мы с тобой планировали.

Что мы планировали? Я ни черта не планировала! Ни черта!

— Я же объяснил тебе суть. Ты заезжаешь в дом Доминика, а его шлюху я убиваю. Я даже принёс тебе подарок. Я для тебя это сделал, чтобы ты увидела, что я думаю о тебе.

— Я получила подарок, — киваю ему.

— Вот. Тебе понравилось? — спрашивает он, широко улыбаясь.

— Да, конечно, — натягиваю улыбку и киваю. — Это было… романтично. И твои извинения тоже.

— Я помню, — он стучит себя по виску.

Боже мой, я не ожидала, что он стал настолько безумным. Рубен живёт в каком-то своём мире. Я не видела его всё это время! Не видела!

— Ты никогда ничего не забывал, — шепчу я. Играть. Нужно принять правила и играть. Подхватить его настроение. Я смогу. — Никогда не забывал. Даже то, что я не люблю ромашки, а обожаю розы.

Ненавижу розы. Ненавижу. Он постоянно дарил их. Воровал и притаскивал домой.

— Ты помнишь, — Рубен расплывается в улыбке.

— И ты всегда приносил домой еду. Когда я училась, у меня не было времени, чтобы готовить, и ты это делал для нас с бабушкой.

— Я заботился о вас, Лейк. Я всегда о вас заботился, — тепло отвечает он.

И это всё фальшь. Для меня фальшь, но для Рубена настоящее. Он, правда, это чувствует, но даже не понимает, насколько всё это жутко.

— Прости меня… Рубен…

— Роб, здесь меня зовут Робом.

— Ты для меня всегда будешь Рубеном. Всегда. Я знала тебя Рубеном и думала о тебе, как о Рубене. Ты же помнишь, что твоё имя похоже на рубин. Тот кулон, который у меня украли, был с рубином. Ты мне его подарил. Там был ангел.

— Это я был твоим ангелом. Я. Я хотел, чтобы ты поняла, что я пришёл на эту Землю, чтобы защищать тебя. Я был твоим ангелом-хранителем, Лейк. Каждую минуту, — произносит Рубен, и его выражение лица резко меняется и становится ледяным. — Но ты предала меня. Оторвала мои крылья. Ты сдала меня.

— Ты пугал меня. Я… я не хотела… я… боялась, потому что ты… ты обещал, что найдёшь другую. Это была ревность, Рубен. Ревность. Я хотела отомстить тебе за то, что ты хочешь другую.

— Ревность? — удивляется он.

— Да-да, ревность. Ты тоже ревновал меня и убил тех, кто смотрел на меня. Так почему я не могла? Я тоже могу отомстить за то, что ты хотел избавиться от меня.

— И поэтому ты сдала меня? Ты предала меня? А потом сбежала!

— Я была обижена! Ты убивал людей, Рубен! А я лишь сбежала и сдала тебя! Я хотела, чтобы ты страдал так же, как заставил страдать меня своими словами! — выкрикиваю я.

Рубен поджимает губы, и я очень надеюсь, что он попадётся на мою ложь. Очень надеюсь.

— Но это уже не важно, — отрезает он.