Книга Развод. Попробуй, верни меня!, страница 72 – Ольга Белозубова

— Лиз, я переехала из дома в бабушкину квартиру. Ты будешь жить со мной или... — осторожно спрашиваю я.

— В смысле или? — возмущается Лиза с полным ртом салата. — Мам, ты че, я с отцом не останусь!

Она еще никогда не называла Кирилла отцом. Всегда «папа», «папочка», «папуля». И вот теперь — «отец». Как официально, как отстраненно. Это маленькое слово говорит о многом.

— Нам и вдвоем будет неплохо, да? — продолжает дочка, пытаясь показать энтузиазм. — А он пусть катится к...

Лиза не договаривает, только вздыхает. И ее взгляд снова влажнеет.

— Мам, как она могла, а? — тихо спрашивает она.

Я сразу догадываюсь, что она об Ане. О том, как можно было предать близкого человека, разрушить семью, в которой тебя принимали как родную.

— Не знаю, — качаю головой, — честно не знаю, солнышко.

Я и сама не раз задавалась этим вопросом. Пыталась найти хоть какое-то объяснение. Но потом пришла к выводу, что даже не стоит пытаться понять мотивы людей, которые ведут себя как последние скоты. Менее мерзким их поступок от этого не станет. Факты есть факты.

В этот момент к нашему столику подходит знакомая фигура. Давид.

Он улыбается нам обоим, но в его глазах я читаю беспокойство.

— Диана, добрый вечер. А это, наверное, твоя дочь?

— Да, — отвечаю я. — Лиза, познакомься — это Давид. Мы вместе учились в институте и случайно встретились в самолете. Давид — это моя дочка Лиза.

Лиза вежливо протягивает руку, и Давид галантно ее пожимает.

— Очень приятно познакомиться, Лиза. Мама о тебе очень много рассказывала.

Дочка слегка краснеет от комплимента.

— Я забрала Лизу из лагеря, — объясняю я. — Последние дни отпуска она проведет со мной.

Давид понимающе кивает, не задавая лишних вопросов.

— А какие у вас планы на вечер? — интересуется он. — Я как раз собирался выйти в море на яхте. Закат с воды — это нечто особенное. Не хотите составить компанию?

Лиза оживляется. Кажется, идея ей нравится.

— Мам, а давай! — просит она.

Я смотрю на дочь и понимаю, что любое отвлечение от тяжелых мыслей пойдет ей только на пользу.

— Конечно, — соглашаюсь. — Будем рады составить тебе компанию.

— Отлично, — улыбается Давид. — Тогда можем отправиться на причал сразу после ужина.

Из ресторана выходим все вместе. Лиза идет между нами и даже иногда хихикает над рассказами Давида о его приключениях тут, когда он был мальчишкой.

Мы проходим через холл к выходу, и тут я краем глаза замечаю знакомую фигуру в одном из дальних кресел. Кирилл. Он сидит, глядя в никуда, но когда видит нас, резко вскакивает. Делает шаг вперед, словно хочет подойти, но потом останавливается.

Наши глаза встречаются на секунду, но я отворачиваюсь и продолжаю идти к выходу, обнимая Лизу за плечи. Давид тоже его замечает, но не оглядывается, хотя чувствую: он все понял.

Да, Кирилл. Теперь тебе только и остается, что со стороны наблюдать за уже не своей семьей. И знаешь что? Мне совсем не жаль тебя. Совсем.

Диана

Последние дни до отъезда мы с Лизой проводим время вместе, и я вижу, как к ней медленно возвращается прежняя живость. Конечно, грусть в глазах никуда не исчезает, но дочка все-таки начинает улыбаться искреннее, смеется над шутками, с интересом рассматривает сувениры в местных лавочках.

К нам часто присоединяется Давид, которому я уже вкратце рассказала про ситуацию с Кириллом.